Но Браун сказал:
— Зачем, Спаэт? Тебя взяли на незаконном вторжении в жилище. Никто не задает тебе никаких вопросов, взяли тебя с поличным. Ты имеешь право на три телефонных звонка после ареста — твоему адвокату, твоей матери, твоему поручителю, лучшему другу, кому угодно, хоть дьяволу. Уведи его, Симмз.
Патрульный отпер камеру и вытолкал Спаэта дубинкой.
— Это незаконно! — заорал тот.
— Так же, как взлом и кража, — парировал детектив.
* * *Женщина из квартиры напротив 5-й ""С"" оказалась выше и Уиллиса, и Дженеро, что было, впрочем, неудивительно.
Уиллис слыл самым маленьким в отделе и только на долю дюйма превосходил минимальный для полицейского норматив — пять футов восемь дюймов. Похожий на балетного танцора, с карими глазами и каштановыми волосами, он стоял рядом с возвышающимся над ним Дженеро, имевшим целых пять футов девять дюймов. Хол Уиллис знал, что мал ростом. Ричард Дженеро считал себя очень высоким. От отца он унаследовал чудесную черную кучерявую шевелюру, мощный неаполитанский нос, чувственный рот и душевные карие глаза, а от матери — высокую миланскую фигуру, которой обладали все его двоюродные братья и дядьки, кроме дяди Доминика, всего пять футов шести дюймов роста.
Но дама, открывшая им дверь квартиры 5 ""В"", оказалась необычайно крупной. Уиллис и Дженеро одновременно задрали головы, а потом переглянулись в изумлении. На женщине была розовая комбинация и больше ничего. Босая, большегрудая, рыжеволосая, зеленоглазая, она уперла руки в обтянутые нейлоном бока:
— Ну?
— Полиция.
— Уиллис показал ей жетон.
Дама тщательно исследовала его и повторила:
— Ну?
— Мы бы хотели задать вам несколько вопросов, — проговорил Дженеро.
— О чем?
— О молодом человеке из квартиры напротив, Льюисе Скотте.
— А что с ним?
— Вы его знаете?
— Слегка.
— Только слегка? — удивился Дженеро. — Вы живете прямо напротив него.
— Ну и что? Это же город.
— Даже так…
— Мне сорок шесть лет. А мальчику сколько? Восемнадцать? Девятнадцать? Почему вы решили, что я его должна знать близко?
— Да, мэм, но…
— Так вот, я знаю его слегка.
Что с ним?
— Вы видели его этой ночью? — спросил Уиллис.
— Нет, а что? Что-нибудь случилось?
— Вы ничего необычного не слышали в его квартире ночью?
— Что значит — необычного?
— Звон стекла.
— Меня не было ночью дома. Я уходила в гости к коллеге.
— В котором часу?
— В восемь.
— А когда вернулись?
— Я не возвращалась. Ночевала там.
— У коллеги?
— Да.
— Как ее зовут?
— Его зовут Моррис Штраус.
