Какие-то мгновения, и путь к отступлению будет отрезан. Аллегро упала, перекатываясь, на цементный пол, и успела проскользнуть под дверью, когда не было и лишнего сантиметрика зазора.
— Да вы, девушка, просто конь с яйцами, — проговорил Ночной Ястреб, когда она спокойно вошла к нему в минивэн. — С яйцами и огромным везением.
— Везение тут ни при чем. Мы всю неделю за домом следили. Поэтому, когда ты сказал, что он войдет через кухню, я знала, что у меня все в шоколаде.
Он взглянул на нее, приподняв бровь.
— Хочешь сказать, что ты засекла, как быстро закроется дверь гаража?
— А ты хочешь сказать, что тебя это удивило? — задорно отозвалась она.
— Ненормальная. — Хмыкнул он.
— Дилетант.
Ее голос выдал облегчение. Хотя с ее образом жизни у нее никогда не было выбора, она часто думала, а что она выбрала бы при других обстоятельствах. Захотела бы она вести самую заурядную жизнь, будь у нее такая возможность? Ответ всегда был один. Нет. Мишель была не создана для работы с девяти до пяти и сидения дома перед телевизором, не создана для заботы о семье.
И, будь у нее выбор, как у большинства других людей, в конце концов, она занималась бы чем-то вроде того, что делала сейчас.
Аллегро уставилась в окно. Они выехали из Базеля, свернули на темную трассу, ведущую на юго-восток, и сейчас проезжали мимо пастбищ и густых лесов. Нигде не было видно света — разве что окна редких ферм или деревушек горели вдали. Она понимала, что то, кем она является, и как, живет, было полностью определено Организацией.
Но еще она знала, что ей нужен драйв, сложные задачи. От своей работы она хотела возможности выкладываться по полной. Такие моменты, как в кухне у дипломата, давали ей почувствовать пульс жизни.
Спустя час Ночной Ястреб припарковал минивэн у подъезда к Марцили, роскошному парку в центре Берна, где были бассейны, тенистые аллеи и старинный фуникулер. Переполненный по выходным и в хорошую погоду, сейчас, холодной зимней ночью, парк был почти пуст. Аллегро пошла туда одна, держа прогулочный темп, и, как было условлено, прошла к подсвеченному фонтану.
Там стоял мужчина средних лет. Он снял одну перчатку и держал ее в руке.
Аллегро подошла сзади.
— Il fait tres froid ce soir. N'est-ce pas? Что за холодный выдался вечер, не так ли?
Мужчина повернулся к ней.
— Trop froid pour un gant. Слишком холодный, чтобы ходить в одной перчатке.
Аллегро достала из своей камеры карту памяти, положила ее в конверт и оставила на бортике фонтана.
