— Об ее организации они и не могли ничего сказать, — ответила Крис, — Они работали под прикрытием, с очень высокой секретностью. Сомневаюсь, что СМИ могли быть известны какие-то подробности.
Ганс обнял ее за плечи. Какое-то время они просто сидели, глядя на проплывающие по каналу лодки.
— А как мама? — спросил он.
— Лучше. Она стала больше открываться психотерапевту, и мне. Мы говорили о некоторых вещах из дневника отца. Спасибо тебе, что дал мне его. С его помощью я немного поняла, что с мамой, и почему она такая.
На ее долю столько всего выпало…
— Твой отец был сложным человеком, — согласился Ганс. — А что слышно об особняке?
— С ремонтом все, на следующей неделе он будет выставлен на продажу, — сказала Крис. — Агент говорит, что по заявленной цене он и уйдет, а значит, с долгами отца будет покончено, и мамино лечение я смогу оплатить на несколько месяцев вперед.
Она повернулась и взглянула на дядю.
— У меня аврал. Я так тебе признательна, что ты разрешил мне пожить у тебя, пока я не найду квартиру.
— Это я должен тебя благодарить. За то, что была со мной, в первые дни после больницы. Один бы я… не так хорошо справился.
— О, дядя, ну, разумеется, о чем ты.
— Я тут подумал, — после долгой паузы произнес он. — Нам не повредила бы смена обстановки. Что бы ты сказала, если бы старик попросил отвезти его в Венецию?
Венеция… Слезы навернулись на глаза сами собой. Крис сразу вспомнила последнюю ночь карнавала. Она почти чувствовала на коже поцелуи Мишель.
О, Миша. Как горько и сладостно будет вернуться в город, который Крис так любила, и скучать там без Мишель, без родного дома, которым так дорожила. Но, возможно, это дало бы ей какое-то чувство завершенности.
— Может быть, ты и прав, — согласилась Крис. — И это как раз то, что мне нужно.
Венеция. Италия.
Ее дядя, казалось, был в великолепном настроении, когда они подплывали к городу на теплоходе, но Крис боролась с приливом меланхолии. Стоял теплый день, синее небо лучилось ясным светом, хотя до сумерек оставалось совсем немного.
Ее любимое время дня в Венеции…
— Почему бы нам сначала не проплыть мимо виллы? — предложил Ганс, перегибаясь через перила борта.
— А зачем?
— Можешь называть это любопытством, — сказал он. — Я бы хотел посмотреть, что там изменилось.
Крис умоляюще нахмурилась:
— Я не знаю, мне кажется, я еще не готова к этому.
— Я понимаю. Но уважь старика!"
"— Как скажешь. — Вздохнула Крис.
