Но источник в правительстве Афганистана передает, что бриллиант в короне — фальшивка, а настоящий в собственности голландки.
— Мои оперативники не просто должны вытащить бриллиант… Они еще и создадут политическое напряжение с исламистами? — заключил Монти, прокручивая в голове компромиссные предложения. — Почему вообще Штаты в это лезут?
— У нас есть разведданные о том, что кое-кто еще пытается выкрасть бриллиант и продать его для финансирования Аль-Кайды, — ответил Нортон. — Наш информатор намерен вернуть камень в корону, где он и должен быть.
— Афганцы буду рады, — вставила Грант.
— Да, а мы взамен получаем информацию о терактах, которые афганцы собираются организовать на Западе.
— Насколько надежны ваши источники? — спросил Монти.
— Пока не подводили. Но в этот раз деньги ничего не изменят. Он говорит, это его долг.
— А дать еще за информацию об угрозе терактов не пробовали?
— Этот вариант исчерпан, — сказал Нортон. — Послушайте, нам все равно, что там с этим булыжником, вернут ли его в эту чертову корону, но ситуация более чем серьезная.
У нас в Афганистане силы наготове, мы выдвинемся, как только вы закончите со своей частью дела.
Монти взял фотографию и поднес ближе к глазам.
— А если они в Венеции ничего не найдут, где искать будем? По всем ячейкам в АБН AMPO?
Майор достал из кейса досье, открыл на нужной странице, и показал пальцем на распечатку фотографии, которую прислали пятью часами раньше по электронной почте, когда давали задание по операции «Пропасть».
— Кристин Мари-Луиза ван дер Ягт. У ее отца был ячейка в Амстердаме, но там уже пусто, а своей у нее, насколько мы знаем, нет. Так что камень, если его нет в Венеции, скорее всего, в особняке в Голландии… И подчеркиваю, это нужно сделать как можно скорее. Не одни мы охотимся за этим булыжником.
— Понятно, — сказал Монти.
Нортон указал на еще один адрес в папке.
— Это офис ее адвоката в Амстердаме. Он занимался делами отца, и он близкий друг семьи. Отсюда лучше все начинать, если камня не будет в Венеции.
Монти кивнул.
— Я отправлю туда кого-нибудь.
Когда майор ушел, Дэвид Атэр спросил:
— Этим пусть занимается Аллегро? Или поручить Домино работу по Голландии, раз уж время поджимает?
— Я не хочу вовлекать в это второстепенный состав и, возможно, давать шанс нашим соперникам, — ответил Монти. — Аллегро лучшая, когда нужно прорваться, влезть и вытащить. У нее есть этот инстинкт.
Излишним было объяснять, что имелось в виду.
