Мы твое отделение, – включается Джексон.
– Вы мои надзиратели, – поправляет ее Пит.
– Отчасти, – соглашается она. – Но ты спас множество жизней в Тринадцатом. Мы этого не забудем."
"В наступившей тишине я пытаюсь представить, что, если бы я не могла отличить иллюзию от реальности. Не знала, любят ли меня Прим и мама. Действительно ли Сноу мой враг. А тот человек напротив – спас меня или предал. В одно мгновение моя жизнь превращается в кошмар. Мне вдруг отчаянно хочется рассказать Питу обо всем – кто он, кто я, как мы оказались здесь.
Но я не знаю, с чего начать. Я не могу ему помочь. От меня нет никакого толку.
Незадолго до четырех Пит снова обращается ко мне:
– Твой любимый цвет… зеленый?
– Да. – Я думаю, как бы поддержать разговор. – А твой оранжевый.
– Оранжевый? – недоверчиво переспрашивает Пит.
– Не ярко-оранжевый. Нежный оттенок. Как закатное небо, – поясняю я. – По крайней мере, ты сам мне так сказал однажды.
– Хм. – Он на мгновение закрывает глаза, возможно, пытаясь представить такой закат, потом кивает.
– Спасибо.
Однако следующие слова уже срываются с моих губ:
– Ты – художник. Ты – пекарь. Любишь спать с открытыми окнами. Никогда не кладешь сахар в чай. И ты всегда завязываешь шнурки двойным узлом.
Потом я бегу в свою палатку, прежде чем сделаю какую-нибудь глупость. Например, расплачусь.
Утром Гейл, Финник и я идем стрелять по стеклам домов. Для съемок. Когда мы возвращаемся, Пит сидит в кругу солдат из Тринадцатого, которые хотя и вооружены, но дружелюбно с ним беседуют.
Чтобы помочь Питу, Джексон придумала игру «Правда или ложь». Пит говорит о чем-то, что, как он думает, произошло на самом деле, а остальные отвечают, так это или нет.
– Большинство жителей Двенадцатого сгорели при пожаре.
– Правда. В Тринадцатый спаслись меньше девятисот человек.
– В пожаре виноват я.
– Ложь. Президент Сноу уничтожил Двенадцатый, как в свое время Тринадцатый, чтобы устрашить повстанцев.
Поначалу это кажется удачным решением, потом я понимаю, что большую часть того, что тяготит Пита, смогу подтвердить или опровергнуть я одна.
Джексон составляет график дежурства. Финника, Гейла и меня она объединяет с солдатами из Тринадцатого. Так у Пита всегда будет возможность поговорить с тем, кто давно его знает. Разговор идет с перерывами. Питу требуется много времени, чтобы переварить самые незначительные детали – например, где в нашем дистрикте люди покупали мыло.
