Её живот уж округлился, а сама Евдокия не поднимала взгляда.
Иоанн не внял мольбе брата.
Мгновение пронзило всё тело леденящей дрожью, и Владимир пробудился от собственного крика.
Князь закрыл себе рот руками, не в силах унять дрожь. Зубы стучали, точно на лютой стуже, и лихорадочная дрожь пробила всё тело князя.
Страшное видение всё ещё стояло перед глазами.
Владимир встал с постели, и пущай шаг его нетвёрд и шаток, он спешно побрёл по коридору, держась за стены руками.
Сердце бешено колотилось, когда князь приотворил покои жены.
Она дремала в своей постели. Её спокойное, мирное лицо поведало князю, что верно, княгиня не видит никаких снов.
Владимир сглотнул, прикрывая за собой дверь. Оставшись в коридоре, он силился унять своё беспокойный дух.
Силы будто бы покинули его, и князь медленно сполз по стенке, всё задыхаясь, будто после плача.
…
Над Московским Кремлём медленно восходило солнце. Наступало мягкое лето.
Тяжёлый сон отпускал рассудок Басмана-отца.
Алексей поднялся, да сквозь мутную пелену оглядывался вокруг себя.
После пирушки братия спала вповалку прямо на полу, на подушках, шубах, али вовсе на голом камне – чай, морозы уж были позади.
Басман скверно ухмыльнулся, не найдя средь дремлющих ни Иоанна, ни своего сына. Алексей сплюнул наземь, да отогнал мысль снова нарезаться до беспамятства.
С тяжёлым сердцем, да и головой, Алексей поднялся на ноги. Выйдя во двор, Басман вздохнул полной грудью. Воздух был напоен бодрящей свежестью.
Пойдя к бочкам с водой, Басманов ополоснул своё лицо, воротясь в прежний свой дух.
- Славно нынче, - раздалось подле Алексея.
Опричник обернулся, да завидел Малюту.
- А то, - согласно кивнул Басман, да потянувшись добавил, - А всяко ж, раньше было славнее.
- Эй-то уж наверняка, - согласно кивнул Малюта, ополаскивая своё лицо и шею, - От сколько ни пей – всё одно, да на утро – по коням лихим, да в бой!
Алексей усмехнулся, смачивая виски.
- Было ж… - протянул Басман.
- А Казань-то? – усмехнулся Малюта, пихнув Басмана локтем в бок.
Алексей уж заулыбался, припоминая славное былое.
- И не говори, - вздохнул Басман, - То-то было раздолье. А нынче из амбаров выволакиваем скотину тупоумную. Какая ж тут слава будет?
- И не говори, - согласно молвил Малюта, - Это ж нынче свыклись уж. А помнишь, как ту бойкую надобно было?..
Скуратов не договорил, а уж по лику Басманскому всё ясно было – помнил всё, помнил.
Давнишнее дело было. Как царица почила уж вечным сном, неутешен был царь.