Фёдор поджал губы, не решаясь на откровение, на которое сейчас ни у одного из них не было сил. Заместо того опричник встал, отдал низкий поклон, да направился в свои покои.
Примечание к части
Подписывайтесь на телегу: https://t.me/lavkamyaso
и на группу с моими рисунками: https://vk.com/chase_dreams
Подайте на хлеб, люди добрые: https://www.donationalerts.com/r/jack_gelb
Земной поклон!
Примечание к части
Подписывайтесь на телегу: https://t.me/lavkamyaso
и на группу с моими рисунками: https://vk.
com/chase_dreams
Подайте на хлеб, люди добрые: https://www.donationalerts.com/r/jack_gelb
Земной поклон!
Глава 3.4
Ночь кромешная стояла, хоть глаз выколи. До боли вглядывалися во тьму опричники, ища дорогу в нужный двор. Всё всматривались терема, силясь выгадать, на какую улицу хоть выехали.
- Того гляди, - усмехнулся Алексей, - поди, снова не тот двор пожжём!
- Рыло-то завали, Басман! – рявкнул Малюта. – Не хватало токма, что б об том прознал царь!
- Да остынь ты, Гриш! – бросил Вяземский.
– Что ж нам, государь? Головы порубит?
- А то и порубит. – хмуро ответил Малюта, продолжая щурится в кромешной тьме. – От нынче на кой-то чёрт факелов велел не жечь понапрасну! Прав Лёшка, нынче въедем не в тот двор!
- Так вроде бы и на месте мы, братия. – произнёс Басман-отец, поглядывая на ворота по правую руку от себя.
Не впервой было опричникам выламывать двери. Бывало, и не раз, как пробивали они несколько засовов да иных подпорок. Нынче же двери с ворот слетели быстро.
Послезали опричники с лошадей, вбежали на крыльцо, да и подивились, с какой лёгкостью отворилися двери – будто бы и вовсе не запершись ждал их хозяин.
- Твою ж-то, - буркнул Алексей, осматриваясь в кромешной тьме, - удумал, гад, помяните, черти! Удумал чего этот луд псоватый!
- Так оттого и на руку нам наказ царский. – вступил Афанасий Вяземский. – Ежели б огни наши заметил, всякой уж приметил бы нас наперёд.
- Взбрело царю нашему, свет, батюшке, нынче огня не жечь! – не унимался в ворчаньи своём Алексей.
– Не ему ж впотьмах тут ползать!
- Да чего ж ты не видал на дворах-то московских? – усмехнулся Афанасий.
Басманов в ответ лишь сплюнул, щурившись на очертанье купеческого терема.
Во мраке прорисовывались черты его. Глядели в оба опричники, да принялись терем обыскивать. Всё вверх дном перевернули, выгребая пожитки. Добро оставлено было будто бы второпях – едва ли нашлось во всём доме хотя бы два закрытых сундука.