Опричники, что праздно разгуливали по мёрзлому снегу, обнажили клинки."
"Иоанн свёл брови. Малюта тотчас же приметил перемену на лице государя, и уж было набрал воздуху, чтобы велеть опричникам сложить оружие, но царь остановил его.
- Нет. – мотнул Иоанн головой. – Пущай.
Скуратов, верно, от неловкости, поджал губы и пожал плечами, будто бы он и не собирался чего учинить. Тем временем, Андрей и Фёдор, которых царь легко узнал, даже находясь на многом расстоянии, перекинувшись парой слов, скрестили сабли. Звон оружия доносился гулким эхом.
«Он же много проворнее немца… » думал Иоанн, следя за поединком.
«Верно всё я разумел, нельзя ныне его с братией на службу отправлять… То верная погибель ему, верная…»
Пока тревожные мысли сгущались над головою владыки, опасения те всё обретали сущностную форму.
Иоанн не раз глядел за воинами своими. Редко удавалось углядеть их прямо в пылу истинной битвы, но часто он видывал слуг своих на игрищах али дружеских поединках, наподобие того, коий развернулся нынче во дворе.
Будучи опытным да насмотренным воином и полководцем, царь недурно ведал о доблести да о силе подданных своих.
Зачастую, Фёдор обходил своих старших да боле опытных братьев по оружию. Юность и пыл его, дарованный от природы, обращал каждое движение выпадом, который запросто мог стать смертельным.
Не мог ныне Иоанн пропустить мимо глаз, что Фёдор явно даёт одну осечку за другой. Оттого накануне и хотел было царь дать день вольный слуге, покуда душевные его тревоги не уймутся.
Стоило юноше оступиться, как царь прервал этот поединок, резко ударив посохом об пол каменный.
Тот звук явно донося до Андрея – опричник тотчас же вскинул голову. Фёдор же незамедлительно ухватил шанс свой – метнул снежок прямо в лицо противника.
Немец отряхнулся от снега и выругался под нос на своём наречии, пока Басманов поднялся с земли. Штаден прищурил глаза, вглядываясь в арочные пролёты, где, не без труда, углядел две тёмные фигуры – государя и Малюту.
Фёдор прикрыл глаза ото света, обращая взгляд вверх.
Иоанн неспешно шёл к лестнице, но, не дойдя до неё, заметил, что Андрей и Фёдор сами идут к нему навстречу.
Царь замер в ожидании, не отводя взгляда со слуг. Когда же опричники поднялись, оба отдали низкие поклоны. Иоанн медленно кивнул, оглядывая их с ног до головы.
На спине и плечах Басманова налипло немало снежных комьев.
- Ступай, Гриш. – велел царь, медленно двинувшись к лестнице, что вела во двор. – Ступай да проследи за иными из братии нашей.