У Кобры ничего подобного не наблюдается только потому, что она часть плотно спаянной магической пятерки, удерживающей ее психику в уравновешенном состоянии. Взбрыки, свойственные всем магам Огня, у Грозы Драконов бывают, но потом, с исчезновением мотивирующего флюида, все возвращается в норму, а не идет вразнос. Вот и для капитана Зотова пришлось подбирать в команду сослуживиц с магическими талантами. Штурман тактического бомбардировщика неоримская лейтенантка Тавия Ливия имеет способности мага Истины шестого ранга с уклоном в Поиск Путей (Pathfinder), при этом бортовой медик, бывшая мамочка бывшего Царства Света по имени Делия является магом жизни пятой ступени, с перспективой профессионального роста.
Когда этих двоих магически связали в тройку с их новым командиром (что есть дело совершенно добровольное), товарищ Зотов вновь начал вести себя как вменяемый и ответственный командир. Истина и Жизнь вполне достаточны для уравновешивания магии Огня. Ну и побочным эффектом этой процедуры стало то, что Андрей почти сразу же начал спать с обеими своими партнершами, и совсем недавно женился на них двойным браком.
Магические связи сильнее всех прочих, а если между партнерами не без симпатии, то страсть обрушивается на них как лавина.
Маг Огня в командирском ложементе (за второго пилота в «Каракурте» искин) и маг Истины в ложементе штурмана — это страшно. Когда «Каракурт» первый раз плюнул плазмой из всех четырех стволов, то «Дом Армии», где, помимо пакистанского диктатора, проживало множество других старших офицеров и генералов, мгновеннообратился в яростный костер, в котором кирпичные стены текли как пластилин на жаре, а несколько десятков отборных мерзавцев прекратили свое существование.
Высшее руководство пакистанской военщиной составилось из людей, проходивших службу в британской колониальной армии, а это такая школа, что даже вполне приличного человека сделает законченным негодяем. Так что в аду с толстыми волосатыми чертями этим людям самое место.
Второй заход пришелся на генеральный штаб пакистанской армии, третий — на аэропорт, где уже поднялась нездоровая суета.
По счастью, бетонированные ангары находились на другом конце летного поля, в двух километрах от пассажирского терминала, да еще со стороны глухой торцевой стены, а потому вспышки плазменных разрывов не были видны отбывающим в зарубежные вояжи пассажирам. Они услышали только оглушительный гром, словно поблизости ударила исполинская молния, и в нем утонул звук обрушения фасадного остекления.
