Потом, в двадцатые годы, в Североамериканских Соединенных Штатах, тоже из благих побуждений, решили ввести сухой закон. Американское государство тогда устояло, но на запрете спиртного поднялась знаменитая итальянско-американская мафия, которая, как известно из классики, бессмертна. В Основном Потоке в Советском Союзе при месье Горбачеве сработали оба этих фактора. И страна рухнула, не в последнюю очередь от хронического бюджетного безденежья, и организованная преступность пышно поднялась на нелегальном обороте алкоголя, распоясавшись так, что этого нельзя было даже представить в предшествующие относительно благополучные советские годы.
— Так как же нам быть? — спросил меня тогда ошарашенный Соломенцев. — Ведь положение сложилось совершенно нетерпимое…
— Тише едешь, дальше будешь, — меланхолически ответил я. — В первую очередь необходимо заняться организацией культурного досуга самых широких народных масс, главным образом на селе и в райцентрах, чтобы водка у людей перестала быть единственным отдохновением души.
Дело это долгое, нужное и требующее немалых затрат, но оно того стоит, иначе проблему деградации населения не решить. Во-вторых, требуется разблокировать социальные лифты, ибо сейчас у вас по ним наверх со страшной силой, отпихивая всех остальных, лезут детки партийно-государственной номенклатуры, а молодые люди обычного, и тем более деревенского происхождения, чувствуют себя бесправным быдлом, которому не подняться по социальной лестнице выше прораба на стройке или колхозного бригадира.
А это неверно в корне. Во-первых, такое положение вызывает в молодых людях фрустрацию, которую те снимают выпивкой, во-вторых, зачем вам новое дворянство, такое же тухлое, как и прежнее, ибо без обязательства отслужить четверть века в самых опасных местах этот класс, как его ни называй, неизменно превращается в общественного паразита. Одним словом, потребление алкоголя станет уменьшаться по мере того, как к лучшему будет меняться советская страна.
Никаких других путей тут нет — напрямую запрещать употребление алкоголя можно и нужно только несовершеннолетним, а все иное от Лукавого…
Однако что-то я ударился в воспоминания совершенно не во внешнеполитическую сторону… Наверное, потому, что нелегкая это работа — из болота тащить бегемота, а моя нынешняя деятельность этот процесс и напоминает. Худший враг нынешнего Советского Союза находится не вовне, а изнутри.
