— У тебя что-нибудь по делу или просто дурака валяешь? — хмыкнула диспетчер, давно привыкшая к выходкам бывшего однокурсника. — Я тут, между прочим, работаю.
— Кэйти, я усох в разлуке с тобой! — мартовским котом замурлыкал Тэд. — Я гляжу на местную киберпани и вспоминаю каждую секунду, проведенную в твоих объятиях!
— Не было такого! — возмущенно донеслось из динамиков.
— Ну, значит, это была другая… Но вспоминаешься почему-то ты!
— Перестань мне голову морочить! — зашипела разъяренная девушка. — Борт «Джеймс Хоукинс», — в ее голосе послышался холодный официоз.
— Вас поняли, ваш полет идет по намеченной программе. Все штатно. Отключаюсь.
— Стой, моя крошка, еще рано отключаться, я только вхожу во вкус! — не унимался Джуниор. — Твое нежное сопрано окончательно лишило меня того величавого покоя, который изобразят скульпторы будущего на памятнике в нашу с Эдом честь! Сделай одолжение, открой своими шаловливыми пальчиками каталог модульных платформ и посмотри спецификации на «Сунь Цзы» и «Раджастан».
— Это еще зачем?! — с подозрением уточнила Кэйтлин Кин.
— Видишь ли, звезда очей моих… Нет, что я говорю? Целая галактика! Есть две версии: первая — этаким замысловатым образом я пытаюсь соблазнить тебя, вторая — мы с Четвертым отыскали ржавое корыто одной из этих моделей, которое вращается вокруг конечной цели нашего полета. И поскольку Эдди планирует лично почтить визитом эту азиатскую рухлядь, я хотел бы понять, какие сюрпризы могут на него наброситься.
— Штурман тяготился необходимостью быть серьезным дольше минуты, а потому бархатным голосом завзятого сердцееда продолжил: — Молю, несравненная Кэйт, ответь мне, какая из версий тебе больше нравится.
— Погоди минуту, открываю каталог.
Глава 11
Посланец склонился пред халифом на дистанции, где его голову не должна была достать отточенная сталь сабельного клинка. Это была высокая честь. Большинство тех, кто приближался для доклада к наместнику Пророка, должны были останавливаться на шаг дальше, а то и на два.
Конечно, чем выше честь, тем выше ответственность, но даже сообщи он недобрую весть, Эргез сам покарал бы его, а не велел расправиться своим Несокрушимым.
Те убивали долго и мучительно, будто соревнуясь между собой в свирепости. Впрочем, резон в их действиях был: жители, наблюдавшие за казнью врага истинной веры, опасались не то что случайно рукавами соприкоснуться с воинами личной гвардии, но даже приблизиться к ним.
