– Значит, вы знаете фирму «Гластер» и пользовались ее услугами, – вмиг поймал молодца за язык Леонид.
Младший Амаретти понял, что проговорился, и выхватил «саблю».
– Да. И что? Противозаконно приобретать игрушки?
– Нет, – ответил Борис, – но нехорошо пугать экономку.
– Уж и пошутить нельзя, – пробурчал Виктор и спохватился: – Она врет!"
"– Варя? – уточнил я. – Девушка только что продемонстрировала, как легко влезает в буфет и каким образом она видела вас в момент преступления.
– Полина! – перешел в верхний регистр Виктор.
– Она ни слова правды не сказала.
– Виктор, вы же сами секунду назад признались, что расплатились за мышь, – напомнил я жуликоватому парню. – Один из признаков зрелого мужчины – способность признать, что действовал недостойно, попросить прощения да…
Младший Амаретти окончательно потерял самообладание:
– Заткнись, козел! Все вокруг идиоты. Люди, прекратите называть друг друга «Пусик» и «Кусик»! Меня это бесит!
– Идеальная чужая семейная жизнь при отсутствии собственного личного счастья, естественно, вызывает зависть, – высказался Леонид, – с этим разрушающим душу чувством надо бороться, но трудная это работа!
– Вся рота шагает не в ногу, один поручик в ногу, – добавил я.
– Виктор, получается, что и Варя, и Полина, и другие врут, и только вы один говорите правду.
– Да! – громко заявил Виктор. – Они брешут. Не во всем. Частично.
– В чем солгала Варя? – спросил я.
– Инесса на меня первая напала, – сказал Виктор, – я просто защищался.
Не хотел ей навредить. Схватил в ажиотаже первое, что под руку попалось! Аффект у меня был.
– Отлично, – произнес Константин. – А в чем слукавила Пусик?
– Прекрати свою бабу собачьей кличкой называть, – зашипела Нина Леонидовна. – Витюша уже сказал: его это бесит.
На щеках старшего сына заиграли желваки, но он спокойно потребовал:
– Виктор, я жду ответа. Мы уже слышали от тебя, что ты платил за игрушки.
– Письма не было! – покраснел бездельник.
– Не могло быть! «Гластер» ничего без предоплаты не отпускает.
Полина встала.
– Сейчас принесу свой айпад и покажу. Послание я получила весной.
– Пусик, сядь, – попросил муж, – тебе нет необходимости доказывать свою честность.
– Отлично! Значит, ей можно сколько угодно врать! – взорвалась Нина Леонидовна. – Константин, ты вступил в армию тех, кто верит бабью на слово? Ох, и горько ты о своей глупости пожалеешь!
Я решил расставить акценты.
