"
"– Нет, ни в какую милицию я не пойду, – буркнула Лена, втискивая пальцы в рукава куртки и ежась от озноба.
– Почему? – с удивлением посмотрев на пассажирку, поинтересовалась Марина.
– У меня нет никаких документов, – пожала Елена плечами. – Да и бесполезно все это.
– Ну и что? Подумаешь, документы, – не сдалась Марго. – Скажешь, что ничего не помнишь, ни имени, ни фамилии, ни адреса, а они вмиг все найдут. Дадут объявление по телевидению с твоей фотографией или еще каким-нибудь способом… Нельзя же вот так по дорогам бродить! Разве это дело? – с горячностью объясняла она.
– Я один раз уже обращалась, больше не хочу, – покачала девушка головой. – Не хочу и не буду, – решительно добавила она.
– Почему не хочешь-то? Что-то случилось?
– Чуть не случилось. Еле убежала тогда, они там между собой уже очередь распределять начали.
– Какую очередь? И кто – они? – не поняла Марина.
– Ну, это… – замялась Лена, мучительно подбирая слова для объяснения. – Кто меня первый будет… того, а кто следующий.
Ну, вы понимаете, что я имею в виду? Меня тогда с поезда высадили на каком-то полустанке, а полустанок этот чуть ли не в поле. Я шла, шла и увидела человека в милицейской форме, – торопливо начала рассказывать она. – Подошла к нему, сказала – так, мол, и так, меня из поезда высадили, а документов никаких нет и денег на билет тоже. Он мне начал вопросы задавать и понял, что я ничего не помню. Посадил в коляску – он на мотоцикле был – и привез куда-то. Я, пока сидела там, в каморке какой-то, услышала его разговор с мужиками.
Он еще цену за меня назначал: кто будет первым, тот дороже должен заплатить, а остальные… Я, когда услышала это, в окно вылезла и со всех ног к лесу бросилась. Бежала, не останавливаясь, даже не помню, сколько времени, потом смотрю – деревенька, я в первый попавшийся дом и постучала. Там старушка одинокая жила, она меня на несколько дней приютила. Приветливая такая, очень поговорить любила. Все про свою молодость мне рассказывала, а я не перебивала, слушала, лишь бы она меня не выгоняла.
Я ей ничего не стала говорить… ну, что ничего не помню. Просто сказала, что родители умерли, а у меня потом еще и дом сгорел, вот и осталась я теперь на улице. В общем, придумала ерунду какую-то, чтобы она меня не прогнала, – грустно рассказывала Елена. – А потом сын за ней приехал и забрал ее к себе. Дом заколотил, и мне пришлось уходить. Я побоялась там оставаться, хотя могла еще недельку-другую пожить.
