– Папочка, папочка, в чем дело? – спросила она, вставая на колени рядом с кроватью.
– Сердце… – снова прошептал он, и пальцы его, как волосатый паук, поползли по животу и схватились за волосатую грудь. – Прямо как нож. Очень горячий…
В комнате повисла страшная тишина. Потом Флинн заговорил снова:
– Я хотел… дать тебе свое… свое благословение. Я желаю тебе счастья… куда бы ты ни отправилась.
Говорить ему явно было нелегко, требовались слишком большие усилия, и какое-то время он, тяжело дыша, молчал.
– Вспоминай хоть иногда про своего папочку.
И молись за него.
В уголках глаз девушки навернулись две огромные слезы и скатились по ее щекам.
– Бесси, мой мальчик, – продолжал Флинн, медленно выискивая глазами Себастьяна, а когда нашел, с большим трудом остановил на нем взгляд. – Не вини себя в этом. Как-никак я все-таки уже совсем старик – я свою жизнь прожил. – Тяжело дыша, он помолчал немного, потом продолжил: – Ты только береги ее. Береги мою маленькую Розу. Ты теперь мне как сын. У меня никогда не было сына.
– Я же не знал… Я понятия не имел, что сердце у тебя… Флинн, прости меня… мне ужасно жаль…
Флинн храбро улыбнулся, хотя улыбка едва тронула его губы. Он с трудом поднял слабую руку и протянул Себастьяну. Пока Себастьян держал его за руку, у Флинна в голове мелькнула мысль предложить ему деньги, из-за которых у них произошла размолвка, как дар умирающего человека, но он взял себя в руки и мужественно воздержался от такого решительного сумасбродства.
– Я бы хотел когда-нибудь увидеть своего внука… но это уже не важно.
Прощай, мой мальчик.
– Ты увидишь его, Флинн. Обещаю тебе. Мы остаемся, правда, Роза?
– Да, мы остаемся, – сказала Роза. – Мы никуда от тебя не уедем, папочка.
– Дети мои…
Флинн откинулся назад и закрыл глаза. Слава богу, что денег не предложил. На его губах играла спокойная, тихая улыбка.
– Дети мои… вы сделали старика счастливым.
31"
"Бывший уже на пороге смерти, Флинн довольно быстро вернулся к нормальной жизни, так быстро, что это не могло не возбудить в душе Розы некоторых подозрений.
Однако она отбросила их, поскольку была очень рада тому, что покидать Лалапанци им не пришлось. Вдобавок тут было еще кое-что такое, на что требовалось обратить самое пристальное внимание.
Дело в том, что прошло совсем немного времени после того, как Роза попрощалась с Себастьяном, отправившимся в свой связанный со сбором налога вояж, она вдруг заметила, что некоторые чисто женские функции ее организма взяли и приостановились.
