Как думаешь, сердобольная соседка порадуется?
* * *Арина, сытая и довольная, как кошка, с туманом в голове, соскользнула с кровати и, мягко ступая, подошла к широкому окну.
Она не стеснялась того, что полностью обнажена. В спальне горел лишь один прикроватный светильник. К тому же, окно выходило на сторону парка, этаж высокий. Её попросту никто не мог увидеть.
– Тебе надо чаще ходить по дому обнаженной, – послышался комментарий за спиной.
Саша последовал за ней.
– Я подумаю.
– Уж сделай, пожалуйста, одолжение.
Подтрунивающее замечание заставило девушка слегка улыбнуться.
Ей было хорошо…
И на душе легко.
Саша встал за спиной Арины и обвил её талию руками, после чего потянул на себя, вынуждая едва ли не упасть ему на грудь.
– Не могу тебя не трогать. Ариш, ты что со мной сделала?
– Ничего.
– И да, я так и не услышал от тебя ответа на мое предложение. Если ты мне сейчас нагло заявишь, что его не было, твоя аппетитная задница будет пылать от моей руки.
В поясницу Арины уткнулся полувозбужденный член.
Кто-то явно представил, как перекинет её через колено и приложится ладонью к её попке. Арина едва сдержала довольную улыбку, что так и рвалась наружу.
Хотя почему бы и не улыбнуться?
– Ты тоже молчишь.
– Я?
– Угу.
– И о чем?
– О чувствах."
"– Таа-ак… Началось…
Слова подразумевали раздражение, а руки, наоборот, действовали с ещё большей нежностью. Арина всё-таки улыбнулась, рассматривая отражение обнаженной пары в окне.
Он – высокий, худощавый, статный.
Она – миниатюрная, почти прозрачная.
Но они идеально гармонировали.
Может, на Арину так влияли ночь или недавно испытанные оргазмы. Не единичные, кстати. Она не собиралась разбираться. Достаточно было чувств.
– Конечно, началось, – подыграла она Саше.
– Не можете вы, женщины, без слов. Вот никак не можете! – продолжил Ярмолов, крепче и куда нежнее обнимая Арину. Он положил подбородок ей на плечо и тоже смотрел на них в отражении.
– Какие есть.
– То есть ты хочешь услышать в обмен на своё «да» – «я тебя люблю». Правильно?
– Правильно.
Сердце скатилось куда-то к животу… Или под ребра. Уже неважно.
Главное – эмоции… А они кружили. И кружили. В горле, груди. Ниже. Везде.
– Я. Тебя. Люблю. Так лучше?
– Определенно.
Арина расслабилась в его руках, сконцентрировавшись на ладони, что кружила по её животу, периодически задевая лобок.
– Вынудила-таки мужика сделать признание, да, Ариш?
Он не ворчал. Скорее, играл интонацией.
– Это плохо, да? – вторила она ему, поражаясь себе.
