Ну а насчет обещаний – так ведь я ей уже говорил ей, что мы не собираемся никого бросать и пойдем по Тропе до самого конца. И она приняла тогда мой ответ. Но, похоже, тема для нее очень важная и болезненная. К тому же мы только что миновали еще одну локацию в этом ожерелье нисходящих к аду территорий и, стало быть, стали еще на шаг ближе к непроходимым Мерзозвонким вратам. Вот она и переживает… и поэтому требует новых и новых обещаний. Так? Скорей всего так. А вообще фиг его знает – никогда не считал себя знатоком человеческих душ – пусть даже и цифровых.
Прежде чем направиться за ними на звук повеселевших голосов остальных из братства, я ненадолго задержался у бухты, искоса наблюдая за плотом, вслушиваясь в столь мирный плеск опаснейших вод и занимаясь кое-чем рутинным, но важным – немного заметок, немного мыслей в цифровой блокнот и всякое такое прочее. А то событий столько, что голова их уже не удерживает. Закончив, я помахал рукой Малому Рачьему и заторопился в заросли кустарника, где полыхнул свет нового костра, а Док заорал что-то про огромного шестиногого кабана с «в-о-о-о-т» такими клыками.
Заботы Братства Тропы не кончаются…
Глава 5
Глава пятая.
С немалым удобством вытянувшись на еще теплой кабаньей шкуре, брошенной поверх охапок трескучего хвороста, я жарил богатырскую яичницу на приткнутом к очажку раскаленном камне. Дополненный еще двумя бревнышками плот без всякой спешки медленно шел по указанному нам продольному течению, идущему через все Большое Рачье озеро.
Плотом никто не управлял, а большая часть команды беззастенчиво дрыхла, улегшись по ту сторону костра. Набегавшие изредка волны лизали ноги игроков, но не были в силах вывести их из крепкого вальдирского сна. Из бодрствующих был только я – Затти свернулась калачиком на шкурах по соседству, укрылась вытащенным из маленького рюкзачка огромным красным одеялом и тотчас заснула."
"Причина такой беспечности была проста – в Большом Рачьем не имелось опасных для нас монстров.
Вытянутое и все еще остающееся достаточно широким озеро обладало солидной глубиной и в нем бурлила обычнейшая жизнь. Рыба, раки, моллюски, изобилие водорослей и прорва квакающей, орущей и хихикающей живности, что прямо сейчас надрывала глотки и жабры в ночи. В самое глубокой части озера водилось нечто донное и агрессивное, но Затти там не еще не бывала – слишком уж глубоко. На поверхность это нечто жуткое не поднималось никогда.
