В этом мире и в том, куда нас позовет бог после гибели. Нужна будет помощь — только бросьте клич!
ГЛАВА 22
Расставшись с викингами, они круто повернули в лес. Рудый первым заметил домики на опушке леса, побывал в веси с позволения князя и пещерника, вернулся с тремя конями. Клялся, что купил недорого, глаза хитро блестели. Олег велел убираться поскорее, подозревая, что недорого может означать на его языке задаром.
Веси были раскиданы близ друг друга, и к концу дня все ехали на конях. Правда, запасных купить не удалось, но теперь и вещей почти не было, разве что турьи шкуры хранили пуще зеницы ока — ночи становились холоднее, к утру земля покрывалась инеем.
На второй день наткнулись на хорошую дорогу, сухую и широкую. До полудня ехали, не слезая с коней. Даже Рюрик повеселел, виден был конец долгого пути. На обед он предложил остановиться близ дороги на широкой поляне, но Олег сказал внезапно:
— Нет, лучше проедем дальше.
Рука Рюрика сразу опустилась на рукоять меча, он спросил настороженно:
— Близко враги?
— Нет, но.
..
Рюрик озабоченно присвистнул: впереди в двух десятках шагов вдоль дороги торчали из земли человечьи головы. Несколько черных воронов важно ходили среди них, один при виде всадников взлетел на ветку, а самый крупный остался на окровавленной голове. Когти крепко держались за бритую голову, царапали глубоко. Вместо глаз зияли глубокие раны, текла густая темная кровь, застывала на подбородке, впитывалась в землю.
Олег пустил усталого коня рысью. Рюрик приотстал, дожидаясь Умилу и воевод.
Головы торчали через пять-шесть шагов, всего семь человек. Олег слышал, как Рюрик спрашивал несчастных, за что закопаны, ответил почему-то Рудый. Рюрик и Асмунд захохотали. Они проехали шагом, не торопя коней. Олег дернул повод, конь охотно остановился, уронил голову почти до земли.
Вдогонку донесся стон:
— Спасите... Боги вам зачтут...
Гульча с сочувствием посмотрела на хмурого Олега, предложила:
— Хочешь, я вернусь и посрубаю им головы?
— Не надо, — ответил Олег через силу.
— Если спасать, то всех. Даже варварская правда лучше, чем бесправие.
Их догнал Рудый, похлопывая коня по шее, сказал жизнерадостно:
— Везде свои обычаи! Был на Востоке, тамошних татей цепляют за ребро и вывешивают у городских ворот. С неделю, бывает, висят, орут. А на юге сажают на кол. Тоже не скоро отдают Ящеру душу, успевают убедить всякого, что воровать хоть и очень прибыльно, но все-таки опасно. Вот полянка. Остановимся?
— Проедем еще чуть, — ответил Олег.