Предполагаю, что Филипп, не поставив меня в известность, решил попросить денег у моего супруга, тот не знал о сумасшествии брата. Вы же понимаете, что я никому не говорила о психической болезни родного человека. Василий приехал, муж отказал брату в займе. Филипп под каким-то предлогом решил его завести в цоколь и «сложил» лестницу. Зеленов мог наказать Василия за нежелание ссудить его деньгами.
– Осталось еще немного вопросов, – сказал Макс. – Когда вы шли по лестнице, то в подвал не спустились, сразу сказали, что внизу Василий Николаевич.
– Уж и не помню, – ответила Ушакова.
Я подняла руку.
– У меня отличная память. Костин произнес: «Мы нашли Филиппа Петровича». Вы возразили: «Нет! Там не Зеленов!» – «А кто?» – удивился Володя. «Василий Ушаков, мой муж», – сказали вы.
– Если вы так говорите, значит, это правда, – кивнула клиентка.
– Внимание на экран, – попросил Захар, – снимок места происшествия. Тело лежит на полу лицом вниз, на нем джинсы стандартного темно-голубого цвета, ничем не примечательные черные кроссовки, светлая рубашка.
Лица не видно, только коротко стриженный затылок, волосы темно-каштановые.
– Как вы узнали супруга? – спросил Макс. – Телосложение у погибшего обычное, как у многих представителей сильного пола. Одежда, стрижка, обувь – ничего, за что глаз зацепиться мог. Вы сделали пару шагов по лестнице, развернулись и пошли назад. Секунду смотрели на покойного. Учитывая, что вы искали вашего двоюродного брата, а он жил в доме один, логично было предположить, что упал Филипп.
Но вы безошибочно опознали мужа, который не дружил с Зеленовым, никогда к нему в гости не ездил, дел с ним не имел. Право, это странно.
– Просто я почувствовала, что там Вася, – пролепетала Ксения, – это необъяснимо. Это на уровне интуиции.
– Еще одно, – не утихал Макс. – Эксперт определил, что Зеленов умер раньше Ушакова, и это повлекло за собой новые вопросы.
Главный из них: кто впустил Василия в гостевой дом? – не утихал Костин.
– И на чем он туда приехал? – добавила я. – Машину Василия в Зарянке не нашли!
Анфиса вскочила.
– Все! Я рассказываю правду! Больше не могу!
Ксения тоже встала и показала пальцем на подругу.
– Она все врет.
– Ну, мы еще не слышали речь госпожи Николаевой, – заметил Потапов.
– Она все солжет! – выкрикнула Ксения. – Я не намерена более тут находиться. До свиданья.
