Постоянно давала понять противной девице – она врет, нет у нее никакого раздвоения личности. С Ксюшей мы состояли в хороших отношениях, но не дружили. А с Филом…
Рассказчица замолчала, потом продолжила:
– У нас с ним начался роман. Самый настоящий, взрослый. У Зеленовых был дом за городом. Они там жили только летом. Остальное время особняк был закрыт, при нем имелся домик для гостей. Филипп потихоньку сделал дубликаты ключей от гостевого дома. Мне один раз в неделю давали выходной. Я после смены в клинике мчалась в Подмосковье, там меня уже ждал Фил.
Мы были молодые, кровь кипела, я старше, да ненамного. Хорошо нам с ним было. Один раз занимаемся сексом, ничего вокруг не замечаем, и вдруг смешок:
– О-о-о! Чего брат умеет!
Меня как ошпарило, Филипп вскочил, даже не завернулся в одеяло. А в комнате Флора стоит, улыбается.
– Я обзавидовалась, какая страсть! Можно к вам третьей?
Филипп закричал:
– Тебя не звали, убирайся!
Наглая сестра даже не шелохнулась."
"– Это не твой собственный дом. Общий.
Когда хочу, тогда и приезжаю. Отказываетесь меня взять в свою компанию? Жаль. Значит, я уезжаю и направляюсь прямиком к родителям. Спасибо, Надька, что под Фила легла, наконец я от тебя избавлюсь.
И умчалась. Я представила, что отцу Петр Филиппович и Майя скажут и как потом папа мне вломит, и заплакала. Филипп на голое тело брюки натянул и за дверь.
У меня истерика приключилась, я долго рыдала, потом умылась, оделась и убежала, любовника не дождалась. Всю ночь не спала, боялась, что Петр Филиппович моему отцу позвонит.
Но он не позвонил. На следующий день, холодея от ужаса, я после работы приехала к Зеленовым. А там! Милиция! Флора пропала, ночевать не пришла.
Глава 29
– Девушка не вернулась домой после того, как застала вас с Филом в пикантной ситуации? – уточнила я.
Надежда опустила голову.
– Да.
Я решила восстановить хронологию событий.
– Флора ушла, Филипп бросился за ней, а вы убежали?
– Верно, – еле слышно согласилась Огарева.
– Вы поехали домой, – продолжала я, – а на следующий день явились на работу к Зеленовым.
– Я не могла не прийти, – пояснила Надежда, – странно ведь, если вдруг, не предупредив, я брошу службу. Полночи придумывала, как отказаться, что сказать родителям Флоры, своему отцу. Потом решила, что самое лучшее честно признаться: не могу общаться с Флорой, у меня для этого не хватает ума и жизненного опыта. Отправилась к Зеленовым с твердой уверенностью, что увижу их всех в последний раз.
Надежда замолчала.
