– Не знаю, почему она так решила, но, кажется, вы – тот самый человек, которому под силу избавить нас от Башни.
– Но почему тогда она не связалась со мной сама?
На секунду Каладиус замялся, не зная, что сказать. Действительно, вопрос Кола был абсолютно логичен, а потому необходимо было выдать не менее логичный ответ. К счастью, на помощь магу подоспел Бин.
– Магам проще связываться с другими магами. Поверь, тебе повезло, что старая магиня не стала связываться с тобой. Со мной она попыталась это сделать, и едва не свела меня с ума.
Она являлась ко мне во сне, чтобы вызывать к себе, но поскольку я принимал это лишь за назойливые сны, то, конечно же, не предпринимал никаких попыток. А уж скольких бессонных ночей стоили мне эти видения! В конце концов Дайтелла всё-таки была вынуждена связаться с какими-то магами, которые сообщили военным, а те послали за мной тех троих палатийцев, про которых я тебе уже рассказывал. Так что можешь считать, что тебе крупно повезло, друг!
– Так нас всех здесь собрала Дайтелла? – спросил Кол.
– Именно так, – поспешил подтвердить Каладиус. – А каким ещё образом могла бы собраться столь разношёрстная компания? Увы, но никто из нас не имеет ни малейшего понятия, почему выбор пал именно на нас, а сама Дайтелла так и не удосужилась это объяснить.
– Даже вам?
Действительно, это было довольно странно, если учесть, что Каладиус не был рядовым магом, чтобы им можно было вот так вот запросто помыкать.
– Она сказала, что мы всё поймём, когда доберёмся до Башни, – это было большее, на что сейчас был способен великий маг.
– Но она была весьма убедительна, так что у меня не возникло сомнений в том, что она знает, о чём говорит.
– Но вы уверены, что Дайтелла имела в виду именно меня? – похоже, этот факт никак не укладывался в голове легионера.
– Совершенно точно. На этот счёт нет никаких сомнений. Она весьма точно описала вас, а также назвала имя. Довольно сомневаться друг мой, а то я начинаю чувствовать себя, словно на допросе! – шутливая улыбка играла на устах великого мага, но в глубине глаз вполне можно было прочитать растерянность и тревогу, столь для него нехарактерные.
"
"– Простите, мессир, – спохватился Кол. – Я не хотел быть таким назойливым. Просто сложно поверить, что кому-то может быть интересна такая никчёмная жизнь как моя.
– Полноте, друг мой! Не нужно на себя наговаривать. Советую привыкать к мысли о том, что вы сейчас – один из самых важных людей в этом мире.
