Варан пожалел, что на нём не было сейчас кольчуги – судя по всему, малый действительно задумал заколоть его прямо здесь. Оставалось лишь преувеличенно рассеянно смотреть по сторонам, успевая при этом бросать молниеносные взгляды на приближающегося юношу. Пока, насколько мог видеть Варан, у него не было при себе никакого оружия, но нож вполне мог до времени прятаться в рукаве. Что ж, придётся рисковать.
Вот до мальчишки осталось всего десять шагов… Пять… Три… Варан видел, что тот по-прежнему безоружен, хотя и движется прямо к нему, словно железная монета к магниту.
Непосредственно перед самым столкновением Варан отринул всяческую конспирацию и взглянул прямо на парня. Нет, кинжала в его руке так и не появилось. А затем он налетел на мастера Теней, стал лопотать какие-то извинения, а Варан вдруг почувствовал лёгкое движение его пальцев, направляющихся к тому карману, где лежал кошелёк Каладиуса. Так это – банальное ограбление, – с некоторым даже разочарованием подумал Варан, цепко хватая парня за руку, но так, чтобы не привлекать внимания прохожих:
– А теперь назови хоть одну причину, почему я не должен сломать тебе руку.
Глава 46. Знакомство"
"В первое мгновение Солана запаниковала настолько, что едва не влепила в живот южанину огнешар. Но, хвала богам, остатков самообладания хватило, чтобы понять, насколько плохая эта идея. Поэтому она решила прикинуться напуганным мальчишкой, пойманным на воровстве. Собственно, ей и не нужно было очень уж притворяться – испуг был самый настоящий.
– Простите, сударь, я не хотел вас толкнуть! – заканючила Солана, а из глаз её полились самые настоящие слёзы. – Я просто споткнулся…
– Настолько удачно, что твоя рука оказалась в моем кармане? – змеиной улыбкой ухмыльнулся южанин. – А ну-ка, давай отойдём в сторонку.
Положив Солане руку на плечи, словно добрый знакомый, внезапно встретившийся в толпе, южанин повёл её вверх по лестнице, а затем свернул в одну из боковых улочек.
Солана поняла, насколько она ошиблась в этом человеке. Совершенно очевидно, что он не был мягкотелым ротозеем, нажившим небольшое состояние крючкотворством.
Она ощущала, каким неожиданно жёстким было его тело, какой тяжёлой была рука, каким безжалостным – взгляд. Мелькнувшая было мысль о кинжале испарилась сама собой – какое-то чувство подсказывало девушке, что с этим человеком шутить не стоит.
