Более того, местные особенности привнесли в метод Брайка весьма любопытную специфику – в качестве магов и разведчиков там нередко выступали слабые магини, которые в силу ограниченности полученных магических способностей не получили серьёзных увечий, так что вполне успешно могли передвигаться. Конечно, волшебницами они зачастую были не слишком-то выдающимися, но зато разведчики из них были даже лучше, чем из лирр-мужчин."
"Таким образом, благодаря нескольким группам, действующим в тылу врага, удалось переломить ситуацию и превратить её из критической в просто тяжёлую.
Как и на севере, здесь пока никто и не помышлял о масштабном контрнаступлении – люди пока лишь приходили в себя и удивлялись тому, что выжили в такой передряге. Но одно неоспоримое преимущество уже заставляло думать, что всё это было не напрасно – людские потери сократились кратно, а это значило, что тысячи детей не станут сиротами, а тысячи жён – вдовами.
Понемногу менялась ситуация и на море. Кидуанский флот, который поначалу не слишком-то справлялся с армадами чёрного эллорского флота, теперь, объединившись с военными флотами Саррассы и Пунта, стал добиваться кое-каких успехов.
Донесения о потопленных кораблях Гурра приходили ежедневно. Сложно сказать, как сильно это влияло на ситуацию – непонятно каким образом, но Тондрон сумел за достаточно короткое время создать колоссальный флот, аналогов которому, похоже, не было на Паэтте. Самое удивительное, что империи это удалось сделать незаметно для колонистов – то ли корабли строились где-то в другом месте побережья, то ли, что вероятнее, их строили прямо в глубине материка, а затем тащили к воде.
Так или иначе, но морские победы людей пока не слишком были заметны на суше.
Едва ли не чудом для многих стало внезапное появление в Саррассе магини Дайтеллы, которая сразу же начала влиять на ход войны, создавая мощные заклятия, а также пытаясь найти некие универсальные методы манипуляции возмущением в условиях постоянно меняющегося рельефа.
По сведениям, исходящим от знающих людей, она располагалась теперь в башне Кантакалла, весьма плотно сотрудничая с чернокнижниками.
В любом случае, появление столь мощной и столь легендарной магини люди воспринимали с огромным воодушевлением. Наверное, они возликовали бы ещё больше, узнав, что на арене возникла и другая легенда минувших времён – великий маг Каладиус, и что он весьма деятельно подошёл к решению своей важной задачи.
