– Вы с мастером Вараном? – скорее для соблюдения формальностей осведомился он спокойным тоном, быстро взяв себя в руки.
– Или он со мной – не всё ли равно? – открыто улыбнулся Каладиус. – Прошу вас, любезнейший, не теряйте времени! Командор не будет в восторге, когда узнает, что вы продержали меня в этой душной и тёмной приёмной.
На сей раз секретаря, похоже, действительно проняло. Молча поклонившись, он степенно поднялся по едва освещённой лестнице. Варан и Каладиус остались в обманчивом одиночестве, во время которого обычно не ведающий страха мастер Теней тщетно пытался унять дрожь в руках, а маг всё с той же блаженной улыбочкой стал разглядывать непритязательную мебель и единственную картину, висящую за спиной секретаря и изображающую какого-то хмурого мужчину, одетого в парадные доспехи.
– Знаете ли вы, друг мой, что за достойный господин изображён на этом полотне? – нарушил молчание Каладиус.
– Без понятия, мессир, – Варан нервничал, а потому отвечал резко и отрывисто.
– Это первый министр королевства Делайни, который получил эту должность из моих рук, когда я вышел в отставку, – с лёгкой ноткой сарказма произнёс маг. – Премилый был человек, хотя и слегка жаден, признаюсь.
– Что-то не слишком приветливо он выглядит тут, – заметил Варан.
– Что есть, то есть, – улыбнулся Каладиус. – Однако мы носим то лицо, которое дают нам боги, тут уж ничего не попишешь! Если не обращать внимание на мрачную внешность, монсеньор Делайни обладал замечательными душевными качествами! Во всяком случае, его величество король Бартей Третий был в полном восторге.
Правда, его верноподданные, несколько придушенные налогами, были, вероятно, более сдержанными, ну да не мне их судить. Однако же странно и удивительно видеть здесь этот портрет. Почему именно он?
Варан лишь несколько рассеянно пожал плечами, больше озабоченный будущим, нежели прошлым. Каладиус же продолжал разглядывать портрет своего давно уже покойного преемника, словно ожидая, что тот сейчас сам всё расскажет.
Так прошло около четверти часа и, как мы уже сказали, человек в вязаной кофте почтительно попросил обоих посетителей следовать за ним. Варан поднялся по знакомым ступеням, повернул в тёмный, обитый ореховым деревом длинный коридор с несколькими дверями, а затем вошёл в самую неприметную из них, оказавшись в комнате, памятной читателю по предыдущей книге.
