Место было не слишком приятное – какие-то бочки, ящики, наставленные один на один, создавали множество укромных уголков, в каждом из которых могло сидеть по убийце. Даже распустив шнурки на штанах, Бин не мог заставить себя отпустить рукоять кинжала, висящего в ножнах. Естественно, в таких условиях помочиться как следует не удалось, поэтому Бин предполагал, что если ожидание затянется, этот визит сюда будет не последним.
Вернувшись назад, Бин почувствовал большое облегчение, так, словно он сбегал не по нужде, а на передовую во время боя.
Вообще он почему-то начинал паниковать всё больше и больше. Он словно снова превращался в двадцатилетнего себя – такого слабого, испуганного, истеричного. Бин вглядывался в каменное, словно неживое лицо Пашшана, в благодушное и спокойное лицо Каладиуса, и вновь начинал чувствовать себя жалким. Он пытался взять себя в руки, но это плохо получалось.
– Всё будет хорошо, – отщипывая небольшие кусочки от краюхи хлеба, расслабленно проговорил маг, но Бин видел, что взгляд его, в противоположность голосу, собран и внимателен.
Так прошло около часа, который для Бина протекал мучительно медленно. Он вздрагивал при каждом звуке отворяющейся двери и вглядывался в каждого вошедшего, пытаясь прочитать в его лице тёмное криминальное прошлое. Однако основными посетителями «Золотого дуба» (таково было наименование таверны, которое мы почему-то не упомянули раньше) были, как правило, почтенные буржуа, мало чем похожие на грозных обитателей изнанки великого города.
– Что-то его всё нет… – проворчал измученный ожиданием Бин.
– Думаю, нас проверяют, – превратив свой кусок хлеба в сотни маленьких хлебных шариков, Каладиус принялся терзать остывшие сосиски. – Наверняка среди присутствующих есть кто-то, посланный сюда, чтобы наблюдать за нами. Всё идёт как надо. Просто ждём.
Так прошло ещё около двух часов. За это время Бин ещё раз рискнул сбегать в туалет, и вновь его страховал невозмутимый Пашшан. На этот раз на заднем дворе какая-то молодая девушка ощипывала курицу.
Вряд ли она вообще обратила внимание на парня, бегавшего по нужде, однако Бин старался не терять её из виду, насколько это было возможно. Напряжённое ожидание действовало на него не лучшим образом, превращая в параноика.
Хозяин словно забыл о существовании троицы и совершенно не замечал их. Пару раз подходила официантка, чтобы узнать, не нужно ли чего, но всякий раз Каладиус отсылал её вежливым покачиванием головы.
