Их жители, наверное, знают про всех чужих, кто поселился в горах. Надо спрашивать у них.
Лыков обратился к врид губернатора:
– Александр Петрович, тем не менее старательский поселок на Кухумане существует. Мы должны выяснить, кто его снабжает необходимыми припасами.
– Это может занять много времени, – перебил начальство Николай Михайлович. – Сейчас июнь, самый разгар. Торговцы в горах, ведут свои караваны. Спустятся в октябре, обращать добычу в наличные деньги.
– А сами мы можем туда добраться? Кратчайшим путем, через Алдан и Оймякон, вот так…
Лыков показал на карте, однако собеседник только хмыкнул:
– Ваше высокородие, вам, простите, сколько лет?
– Алексей Николаевич, с вашего разрешения.
А лет мне пятьдесят семь.
– Столичный чиновник в пятом классе – и собираетесь проникнуть в верховья Колымы?
Питерец осторожно сказал:
– Иван Иванович Крафт описал мне ужасы ваших дорог. Но ведь торговцы проникают туда. Чем я хуже?
– Да всем, поверьте. Во-первых, купцы местные, привычные к таким условиям с детства.
Во-вторых, они никуда не спешат, все делают основательно. Опыт, знание маршрута, плюс приятели у них по всем зимовьям. Проводники. В известных местах лабазы с провиантом и овсом. В якутском характере вообще не принято спешить, народ-фаталист.
Березкин переменил позу и продолжил:
– Летом дорога, которую вы сейчас прочертили на карте, не существует. Только зимой можно пробраться на Берелёх. И на оленях, большим караваном, с подготовкой. А в июле… Болота, гнус, бурные реки после каждого дождя вздуваются, и их никак не перейти.
Есть отрезки в сотни верст, где нет корма для лошадей, а если его везти с собой, то другого груза уже не возьмешь. И еще тарыны. Знаете, что это такое? Высокие наледи, которые перекрывают реку. Лошади на них скользят и падают.
– Летом – и наледи? – не поверили питерцы.
– Именно что летом. Зимой они достигают значительной высоты, до восьми саженей, и длиной бывают весьма пространны. Например, Улахан тарын на Моме тянется на шестьдесят верст! Это как ледник в горах, только он лежит поверх течения бурной реки, накрывая ее, словно колпаком.
Подрусловые потоки перемерзают, и подземный сток выходит на поверхность. Вода пробивается снизу ручьями, где сумеет. К июлю тарын сильно уменьшается в размерах, но не исчезает совсем. И через него приходится перебираться раз за разом, а лошадей в Якутии подковывать не принято. И как вы, Алексей Николаевич, на шестом десятке полезете в этот ад? Я вот природный казак, вырос в этих краях.
