Но поскольку это вообще никакое не доказательство, я не буду оскорблять Хьюма такими подозрениями.
Девина пожала плечами и вновь заговорила:
– Но ведь нет возможности поднять из могил и воскресить тех, кто привез моего деда в Нортумберленд, нет возможности получить их личные показания… Так что получается, вы не поверите ни одному из моих доказательств, не так ли?
– Вы не поняли. Я просто хотел сказать, что случайное упоминание о человеке как о бароне еще не делает этого человека сыном барона.
Если я назову человека ослом за его поведение и манеры, он не начнет кричать по-ослиному. – Герцог криво усмехнулся. – И что, мистер Хьюм ищет и другие доказательства? В некоторых газетах появились объявления, которые, как мне кажется, указывают именно на это.
– Это мои объявления, и заплатила за них я.
– Я уверен, что вы получите ответы. Множество.
– Правда?
– Конечно. Как я сказал, все вышло наружу. Так что наверняка найдутся те, кто надеется извлечь из этого выгоду.
И такие люди расскажут вам все, что вы пожелаете услышать. Когда все начнется, дайте мне знать. Я буду выслушивать их вместе с вами и позабочусь о том, чтобы вывести лжецов на чистую воду.
– Может, некоторые не будут лжецами.
Герцог снова усмехнулся.
– Может, и так. В любом случае мы выслушаем их доказательства вместе.
Девина не верила, что этот человек поверит хоть каким-нибудь доказательствам, однако ей очень хотелось бы увидеть выражение его лица, если вдруг придет кто-нибудь с точными и правдивыми воспоминаниями о тех временах.
– Хорошо, милорд. Если я получу ответы, которые покажутся мне достоверными, сообщу вам об этом, чтобы вы могли присутствовать на моих встречах с этими людьми.
– Благодарю вас. А теперь мне пора идти, пока миссис Хьюм не вывалилась из кресла. Она очень уж рискованно наклонилась в нашу сторону… – Герцог поднялся и поклонился, затем вдруг замер и, внимательно глядя на девушку сверху вниз, тихо произнес: – Первоцвет.
– Прошу прощения, вы о чем?.. – в растерянности пробормотала Девина.
– Я думаю, при таком освещении вам следует носить платье цвета примулы.
С этими словами Брентворт вышел из комнаты.
Девина же еще долго оставалась в библиотеке, на сей раз – в одиночестве. В конце концов она решила почитать, но перевернула в книге всего несколько страниц – мысли ее то и дело возвращались к визиту герцога.
