– Такие чародеи – счастливая случайность.
– Упаси боги от подобного «счастья»!
Инспектор недоверчиво прищурился.
– Почему? Это слава, почет и богатство.
– И обязанности, которые мало кого сделают счастливым.
Словно слыша нашу перепалку, Оливер застонал и перевернулся на бок.
Я быстро скастовала заклинание спокойного сна, единственное, что сейчас по-настоящему необходимо маленькому чародею, у которого проснулась четвертая стихия.
– Универсал мальчик или нет, ему придется учиться в пансионе, – резко заявил Аламейский.
– Нет!
– Вы погубите ребенка.
– Я это точно сделаю, если отправлю его туда!
Аламейский не сводил с меня недовольного взгляда.
– Какая же вы упрямая, госпожа Рутшер. Делаете вид, что не замечаете опасности.
Я не собиралась первой разрывать зрительный контакт, хоть синие глаза инспектора и казались сейчас черными омутами.
– Когда нам с будущим королем было по девять лет, на каникулах довелось отправиться на охоту. Оторвавшись от сопровождения, мы наткнулись на логово серой квиры.
Ни у меня, ни у принца не поднялась рука на маленькие пушистые комочки. Мы никому не рассказали о своей находке, справедливо опасаясь, что выводок уничтожат. А через год на торговом тракте стали пропадать люди. Разбойники в основном, но это не меняло дела – гибли люди. Остатки истерзанных тел указывали на стаю квир. Их и нашел отряд боевых магов, когда прочесывал местность.
– К чему вы мне это рассказали, ваше чародейство? – В душе клокотало раздражение вперемешку с горькой обидой.
– Наша с Оливером ситуация напоминает вам ту с квирами? Скроете пробуждение стихий моего сына – случится трагедия?"
"Чародей закатил глаза, словно я не уловила верный посыл между строк.
– Госпожа Рутшер, я не сравниваю вас с хищной нечистью, хоть вы и пушисты, как она.
Меня передернуло от «изысканности» комплимента.
– В девять лет я не мог проконтролировать потенциально опасную ситуацию, сейчас же это в моих силах.
– Посадите Оливера в клетку и будете наблюдать?
– Нет, – сухо отрезал Аламейский.
– Я хочу предложить новую сделку.
Этот мужчина был моим врагом и одновременно надеждой на спасение. Все, что у меня есть в жизни, – мой ребенок. Я готова защищать его до последнего.
– Сделку? Озвучьте условия, ваше чародейство.
– Вы помогаете мне, а я устраиваю вас в пансион помощницей целителя.
Я даже дышать перестала, не веря своим ушам. А ведь это лучший выход!.. Сын будет под моим присмотром постоянно.
