"
"Хохлов сунул зажигалку в карман, намереваясь еще поискать «улики и вещественные доказательства», но истошный крик вдруг разорвал морозную тишину засыпающего двора. Крик был настолько душераздирающий, что Хохлов вскочил, позабыв, что именно должен был искать, фонарик у него погас, он побежал за угол, поскользнулся, чуть не упал, выскочил к подъезду и…
* * *— …и дальше что? — спросила Ира в трубке скользким голосом, но Лавровский уже давно знал все оттенки ее голоса и понимал — она ломается.
— И Хохлов нас всех отпустил!.
. У меня теперь до вечера время есть. Давай встретимся, а?
Ира надолго замолчала.
Лавровский, держа трубку плечом и сунув руки в карманы, перепрыгивал с ноги на ногу, сильно мерз. Машины у него не было, за рулем его «укачивало», так он объяснял друзьям, и передвигался он так, как и предназначено людям самой природой — на своих двоих и еще на электричках, маршрутках и автобусах.
— Н-ну… не знаю, — протянула Ира. — Мы с девчонками собирались пойти в кафе… Не знаю!
Это означало, что он должен немедленно пригласить ее в кафе, а ему не хотелось, ах, как не хотелось.
Город маленький, все на виду, еще ляпнет кто-нибудь Светке, что он среди бела дня с дамой в кафе столовался, выйдет история!
— Ир, ну зачем нам в кафе, а? — забормотал он, ненавидя себя за то, что как будто навязывается, канючит. — Ну, поедем к тебе! Ты ж понимаешь, что я не могу!
— Не можешь и не надо! — весело сказала Ира. — Езжай себе домой, к детишкам, к супруге, а я с девчонками! У нас такое кафе открыли! Все, кто был, говорят — прямо по высшему разряду! Называется «Ритц».
Лавровский засмеялся.
— А чего смешного? — вскинулась Ира. — Ну, «Ритц», и что? Красивое название такое!
— Да ничего, — сказал Лавровский и перестал перепрыгивать с ноги на ногу. — «Ритц» — самый дорогой отель города Лондона. В городе Лондоне в этот отель на пятичасовой чай можно попасть только по предварительной записи и только в соответствующем костюме. В твой «Ритц» тоже нужно сначала записываться?
Ледяное молчание было ему ответом, и с тоской и ужасом в который раз он подумал, что попался.
Наконец-то он попался так, как не попадался никогда, и это ему наказание за все грехи.
Как видно, их было немало, потому что наказание воспоследовало суровое.
…Почему у него не получилось?! Почему у него ничего не вышло-то?! Из-за того, что так и не смог заработать денег? Но ведь Ольга Пилюгина много лет любила Димона… просто так.
