— Серьёзно? И в чём твоё отличие?
— Я представляю общее коллективное сознание всего живого и никого ни к чему не принуждаю.
— Ну так отпусти меня и отвали от нас. Лучше займись чем-нибудь полезным для своего общества.
— Ты не понимаешь. Мы не сможем жить спокойно, пока…
— Да понял я, понял, — отмахнулся я. — От меня тебе что нужно?
— Ты лидер, поговори со своими людьми.
— Ты меня с кем-то путаешь, — усмехнулся я. — Меня никто и слушать не станет.
— Я помогу сделать так, чтобы к твоим словам прислушались.
— Даже интересно: как именно?
— Моя армия стоит в паре километров от вас.
— А ты точно разум? Потому что в данный момент ты предлагаешь совершить абсолютно нелепый поступок.
Внезапно, моя старая квартира затряслась, словно попала в зону сейсмической активности. Я даже за стол схватился в попытке удержать задницу на стуле. На лице Ады отразилось неподдельное удивление, хотя это был лишь её образ. Его движения стали рваными, как это происходит при зависании компьютера. И я поспешил воспользоваться моментом.
Подорвавшись с места, я схватил этот долбаный разум за отворот куртки, нырнул вниз, упираясь ногой в живот противника, и вышвырнул его через окно. Вместе с тем как он удалялся, улетала и комната, в которой я находился. Казалось, будто я тоже сорвался в пропасть.
Но наваждение длилось недолго, и вскоре я снова ощутил себя привязанным к подобию кресла. Щупальца, которые ещё недавно были закреплены на моих висках, сейчас безжизненно болтались, да и путы немного ослабли. Я напрягся и почувствовал, как они поддались, выпуская меня из крепких объятий.
И всё равно пришлось повозиться, прежде чем мне удалось выбраться из этой ловушки.
Вокруг царил полумрак. А ещё здесь было пусто. В том смысле, что никто не спешил меня останавливать или хоть как-то помешать побегу. Судя по всему, снаружи что-то случилось. Нет, я ничего такого не слышал и не ощущал, это была просто гипотеза. Я не находил другого объяснения своему чудесному освобождению.
Место, где я находился, было натуральным лабиринтом, состоящим из множества коридоров, которые заканчивались тупиками.
Некоторые перекрывали мембраны, похожие на кожистые перепонки крыльев, как у летучих мышей. На ощупь они казались тёплыми, словно и в самом деле были живыми. Однако когда я разорвал одну из них, ничего особенного не случилось. Никто не закричал от боли и даже кровь не пошла, как, впрочем, и какая-нибудь другая жидкость.
Мозг натурально закипал от нереальности происходящего.
