Ничего не нашел и заторопился дальше.
— Мастера созвездий! — громко объявил Беранже, который продолжил стоять по правую сторону от короля, держась в почтительном полуметре от его кресла. — Великие и могущественные маги Имерии… Прошли времена, когда они мерились силой, уничтожая города и разворачивая реки. Теперь лишь эхо их силы — ученики смогут сойтись в честной схватке.
— Хани, — негромко обратился ко мне Форсмот. — Напоминаю. Когда меня объявят, я иду к своему зрительскому креслу, а ты, не торопясь, но и не слишком медленно, — отправляешься в центр площади, к другим ученикам.
— …И первым…, - звучный голос Беранже продолжал перекрывать все шепотки толпы, — приглашаю несравненного мастера — Его Высочество старшего принца Алонсо Кондегро, оказавшего честь быть представленным тремя учениками!
Под участившуюся барабанную дробь от нашей шеренги отделился и двинулся через площадь белокурый красавец в бледно-сиреневом камзоле и узких шелковых брюках, эффектно обтягивающих длинные мускулистые ноги.
А на шаг позади за ним следовала троица молодых людей, одетых в тренировочные костюмы.
Они шли, старательно копируя легкую поступь своего наставника. Но им явно не хватало эдакой природной небрежной элегантности, которую очень нелегко повторить, если она не является частью тебя. То, что для старшего принца было естественно, как дыхание, у учеников превращалось в некую игровую марионеточность. Действительно — лишь эхо мастерства.
Самый высокий из троицы оглянулся и скользнул торжествующим взглядом по нашему ожидающему вызова ряду.
И я узнала длинное костистое лицо старшего Габардила. Того самого, кого пришлось вызвать на дуэль еще в первый день по приезду. И кого, как ходили слухи, я отравила. Выглядел он, кстати, бодрячком, совсем не был похож на жертву отравления.
Заметив меня, княжич широко ухмыльнулся и театрально подмигнул, но из-за всех этих манипуляций сбился с шага и едва не налетел на идущего рядом товарища. Пришлось ему отворачиваться и спешить за остальными.
— Вот так не делай, — сказал Скала.
— И не подумаю, — твердо ответила я.
Вчера Форсмот не пришел в восторг от моего заклинания и, хотя вел себя уверено, я все равно чувствовала слабые, едва ощутимые ноты сомнения во взглядах, которые ловила на себе. Словно по тонкой коже запястья скользит невидимое перо.
Он… волновался за меня? Учитывая защиту любого учебного периметра от тяжелых травм, такие переживания были беспричинны и очень необычны для Скалы.
