Не дом, а продувалово сплошное, как это при Советах строили так?
– Сейчас лучше, что ль, строят?
– И сейчас не лучше! Вот у меня дома!.. Тепло, светло! А, Олежка?
– Я нашел алмазы, – сообщил Преображенцев и стащил с плеч пуховик. Ему было жарко. – А Лиля вот это.
И сунул Багратионову черную пластмассовую штучку.
Тот повертел ее так и сяк и посмотрел на Олега.
– Ну да, – сказал тот. – Крышка от фотоаппарата. Считай, визитную карточку он нам оставил.
Губернатор Роман Андреевич – чукотское имя Тынэн – жарил на решетке мясо.
Сок капал на раскаленные угли, вкусный дым сразу затягивало в трубу, губернатор морщился от жара и отворачивался.
– Лучше бы оленину пожарили, чесслово! А то свинину приволок, да еще мороженую!
– На Чукотке свинина дефицит, Сан Саныч. Не достать.
– Да ладно тебе, Роман Андреевич. Нашел деликатес, айфон мне в руку!
– Ну, ну, – поторопила Юлька Олега, и Лиля посмотрела укоризненно. Она знала, что торопить его не следует, он сам все расскажет так, как считает нужным, – ну, давай дальше, что ты тянешь! Мне для книги надо! Я ж Нобелевскую премию должна получить.
– Во тогда гульнем, а?!
– Тебе бы все гулять, товарищ полковник! Я еще, может, и не получу.
– Получишь, куда ты денешься? Ты же у нас… того! Талант!
– Я у вас талант, – согласилась Юлька. Ей было весело, глаза у нее блестели. – Ну, Олег?..
– Наш фотограф Жора Шахов, как и командированный Володя Дудинский, сыновья тех самых артельщков, которые в семидесятые добывали здесь, на Чукотке, золото. Ходили слухи и про алмазы тоже, Марья Власьевна рассказывала.
Шахов знал, что дядя Коля Вуквукай водил артельщиков в тундру. Он много лет пытался выяснить, остались ли у дяди Коли алмазы и золото, и в конце концов узнал. Дядя Коля пил сильно, болтал много. Но как их отобрать? Просто так ничего взять у Вуквукая невозможно – он же охотник! Близко никого бы не подпустил. План придумал именно Володя, с которым наш Шахов с детства был дружен. Он прилетает в Анадырь в командировку, привозит с материка сильное снотворное – фенобарбитал, к примеру.
У нас его взять негде. Только если в больнице, но никто не даст, и подозрительно. Они подпаивают Вуквукая, потом спокойненько обыскивают, забирают что нашли, а тот проспится и ничего не вспомнит!
– Смотри, горит у тебя мясо, Роман Андреевич!
– Ничего не горит!
– Пусти, дай я сам!..
Губернатор, похожий на Олега Преображенцева, пожал плечами, сверкнули его очки. Он слушал внимательно и был, как казалось Лиле, как будто все время настороже.
