– Девиз мастерской: «Оденем вас с головы до ног», – отрапортовал Кузя.
– Так она мне правду и сообщит, – усомнилась я, – если знала, что муж задумал, то ни словечка не проронит.
Собачкин пошел к кофемашине, взял полную чашку и сел на место.
– Пока не откусишь от пирога, не узнаешь, какая в нем начинка. Надо попробовать. Кто-то мне в уши шепчет, что убийство Вари Гореловой как-то связано со взрывом автобуса.
Дегтярев взял эспрессо, который приготовил себе Сеня, и сделал большой глоток.
– Ничего общего не вижу.
В Киеве бузина, в огороде дядька.
– Чуйка меня редко подводит, – уперся Сеня.
– Согласен, история с бензовозом вызывает много вопросов, – неожиданно сказал полковник, – но, думаю, Даша зря скатается. Знаю случаи, когда люди совершали самоубийство, которое пытались замаскировать под насильственную смерть.
– Мальков, – оживился Леня, – он попросил своего приятеля столкнуть его с крыши здания. По всему выходило, что была драка, мужика скинули. Не сам прыгал. Так бы и прокатило у них.
Но потом супруга дружка жене «самоубийцы» правду сообщила, а та в полицию кинулась.
– Помню, – оживился Дегтярев, – Мальков приятелю долг вернуть не смог, тот пообещал у заимодавца за это квартиру забрать. Ну и нашли решение проблемы. Мальков застраховался на солидные деньги, а приятель его спихнул.
– На что только люди не идут ради денег, – изумилась я.
Кузя отъехал в кресле от стола.
– Всем известную фразу, что «люди как люди… обыкновенные люди… только квартирный вопрос испортил их», я бы переиначил: «Люди обыкновенные, но их денежный вопрос испортил».
– Богатые тоже плачут, – выдал тривиальную истину полковник.
Кузя поднял обе руки.
– Сдаюсь, не спорю. Но рыдать в «Бентли» как-то уютнее, чем лить слезы, сидя в лаптях на обочине дороги.
Глава 23
В четыре часа дня я, испытывая глубочайшее разочарование, вышла из ателье, так ничего и не заказав. Анна Сергеевна, ухоженная, прекрасно одетая, с модной прической, идеальным маникюром, уместным макияжем, выглядела лет на двадцать моложе своего паспортного возраста.
А со спины даму легко можно принять за девушку. Впрочем, многие молодые позавидовали бы стройной фигуре, осанке и походке пенсионерки. Меня приняли с почетом, усадили в кресло, угостили чаем, завели разговор об обновках. Я несколько раз пыталась повернуть беседу в нужное русло, но успеха не достигла. В какой-то момент Анна Сергеевна промурлыкала:
– Я просто владелица швейного бизнеса.
