– Ух ты! – восхитился Кузя. – У моей бабы Тани в деревне точь-в-точь такая красотища была. Дашута, все супер. Но здесь офис! Извини за критику, но нам лучше подойдет деловой стиль.
– Не заходила сюда со вторника, – пробормотала я, разглядывая интерьер, – понятия не имела, что кто-то тут все изменил.
Мое удивление можно понять. Еще в понедельник на первом этаже стояла самая обычная мебель: письменный стол, шкафы, несколько кресел, диван. Слева была зона переговоров – длинный стол, вокруг него стулья. Справа размещалась крохотная кухня: мойка, пара шкафчиков, холодильник, двухконфорочная плита.
На окнах висели рулонки. И сейчас мебель осталась прежней. Но вот остальное!
На столах появились скатерти из белого синтетического кружева с вышивкой в виде цветов. На окнах висели занавески, которые лет эдак тридцать назад украшали квартиры многих советских граждан: тюль, уложенный складками, и тяжелые портьеры из зеленой парчи с узором «золотые огурцы». Кресла и диван были прикрыты восхитительными пледиками разных цветов с изображением кошечек, на них лежали подушки с вышитыми собачками.
Простые белые чашки на кухне сменили кружки с наклейками: сердечки, ангелочки, единороги, принцессы. Добил меня торшер, которого ранее здесь не было. Ногой ему служила обнаженная женская фигура, ее от подмышек до коленей стыдливо замотали полотенцем, а шляпой был абажур бордового цвета с черными кистями.
– Отвал башки, – оценил интерьер Кузя, – рыдаю и корчусь в восторге.
– Ну, Васильева, ну ты и постаралась, – протянул Сеня, – прямо вау! И еще три раза гав-гав!
– Хорошо же вы обо мне думаете, если считаете, что я способна соорудить интерьер образца тысяча девятьсот шестьдесят первого года, – рассердилась я.
– Если не ты, то кто? – задал вопрос дня Кузя.
– В Ложкине живут три женщины, – протянул Собачкин, – Маша, няня Нина, она же домработница, и Даша.
– Маруська скорей из окна выбросится, чем такое устроит, – засмеялся Кузя, – Нина в наш офис не заходит. Кто остается?
– Я не заглядывала сюда неделю, – повторила я.
– По-вашему, взрослая женщина могла купить в магазине наклейки – радость девочек лет семи – и украсить ими кружки?
– Легко! – воскликнул Сеня. – Это вполне в твоем духе.
– Ни на секунду, – возмутилась я, – никогда. Это все устроил полковник! Кстати! Он приобрел себе в понедельник плюшевый спортивный костюм!
– Врешь! – по-детски отреагировал Сеня.
– Голубого цвета, – продолжала я, – куртка с капюшоном, к нему пришиты уши из ткани.
