– Отправляйся к Светлане на службу, – велел мне Дегтярев, – поймай ее на улице, предложи довезти ее до дома.
Глава 34
Спустя две недели в нашем офисе собралось много народа.
– Надеюсь, все узнали друг друга, – начал беседу Дегтярев.
– Лично я нет, – поморщился Москвин, – большинство лиц вижу впервые.
– Не помните Алевтину Васильевну? – удивилась я.
Андрей картинно прищурился.
– Имеете в виду нашу домработницу? Смутно. Если она вон та пожилая тетка, то очень постарела.
– Неправда, я прекрасно выгляжу, – возмутилась Невзорова, – он нарочно хамит, чтобы я расстроилась.
Всегда так делал. Я думала, Андрей, ты повзрослел, поумнел, ан нет.
– А я о вас вообще никогда не вспоминал, – огрызнулся Абакин-Москвин. – Какой смысл думать о поломойке?
Невзорова покраснела.
– Спокойно, господа, – вмешался в беседу Семен, – мы собрались здесь не для того, чтобы сводить старые счеты. Вопрос, кто убил Варю Горелову, до сих пор не имеет ответа. Константин Петрович, например, считает, что преступление совершил Кирилл Горелов, отец девочки.
Сенин видел, как тот закапывал тело в навозную кучу.
– Мерзавец! – подскочила Татьяна Ивановна. – Как ты мог такое придумать! Все было наоборот! Мы с мужем пребывали в уверенности, что ты, Костя, убил Варю.
– Дура! – буркнул Сенин. – Я прекрасно видел, как твой муж лопатой орудовал.
– Верно, – вдруг согласилась Татьяна, – Кирилл спрятал ее останки. Повторяю: спрятал! Но он и пальцем не тронул Варечку. Мы ее очень любили, как, впрочем, и всех своих девочек.
– Еще бы, – хмыкнула Алевтина, – за такие-то деньги! Каждая воспитанница – золотой ребенок. Если она с изъяном оказалась бы, вас из дела выкинули бы. И от остальных девок отказались. Бизнес такой. Разок оступился, и усе! Репутация потеряна навсегда!"
"– Пригреть никому не нужную сироту, дать ей образование, выгодно выдать замуж… Разве это бизнес? – изобразил из себя дурачка Семен. – Прекрасное доброе дело. Алевтина Васильевна, что вы имеете в виду под изъяном? Потерю красоты? За маленькой девочкой не приглядели как следует, она упала, поранила лицо, остался шрам?
– Это неприятно, – согласилась Невзорова, – за уродину много не заплатят.
Но самое страшное, если чья-то невеста до свадьбы лишилась девственности. Шрам на щеке получить легко. Ни одна мать не может постоянно держать подростка за руку. Испорченную внешность Таньке и Кириллу простили бы, пристроили бы девку невесткой в небогатую семью. Отдали бы за нищего, стала бы она домработницей.
