— Рэй, я никогда так не думала. Но ты сошел с ума! Ты что, бросаешь вызов Джеку? Это же самоубийство.
— Я уже давно бросил ему вызов, Кэрол. И, как видишь, я пока еще живой.
— Только потому, что он тебе это позволил.
Рэй внезапно разозлился, бросив на нее полыхнувший огнем взгляд, но сдержался.
— Поживем — увидим, — сухо сказал он. — Пока я всего лишь не позволяю ему превратить тебя в ненормальную в психбольнице. Не трусь, Кэрол. Или тебе пребывание в дурдоме по душе? Я вижу, что два месяца, проведенные там, не оставили на твоей прелестной головке ни одного живого волоса.
Еще через месяц тебя самой бы в живых не осталось, с такими-то темпами и таким лечением, которое, черт возьми, заставляет девушек седеть! Нужно за себя бороться. Или бороться, или погибнуть.
— По крайней мере, я погибну одна, — горько шепнула Кэрол. — Я готова на это, если это убережет от опасности тебя.
Он смягчился, да так, что едва не расплылся по креслу. На лице его снова появилось выражение ликующего счастья.
— Я это знаю, Кэрол. Поэтому ради тебя я готов на то же самое.
— Рэй, ты не понимаешь, что я пытаюсь тебе сказать! Я не хочу, чтобы ты мне помогал! Я же просила тебя оставить меня в покое! Ну почему ты так упрямишься? — голос ее задрожал от сдерживаемых слез.
— Послушай, мое солнышко, если ты думаешь, что я буду тебя к чему-то принуждать, то ты ошибаешься. Я просто хочу тебе помочь.
— Джек узнает, что ты помог мне сбежать…
— Как, интересно? Если ты так волнуешься за мою безопасность, то уверяю тебя, малышка Мевис все сделает так, чтобы это выглядело, как случайность, благодаря которой ты смогла покинуть больницу.
Сама, без посторонней помощи. Я же говорю, мы с ней все тщательно продумали.
— Ты говоришь об этой молоденькой медсестре? Но откуда ты ее знаешь?
— Познакомился.
— Познакомился? И сразу же подбил устроить побег для меня? — усомнилась Кэрол. — Не ври, Рэй, говори правду. Они никогда бы не пошла на такой риск…
— Детка, женщины ради меня шли и не на такой риск, — просто и без зазнайства прервал ее он, словно говорил о чем-то совершенно естественном и не стоящем ни малейшего удивления.
— Ты что, вскружил голову этой бедняжке и заставил ее пойти на это безумство? А если узнают, что она замешана?
— Никто ничего не узнает, даже твой всезнайка Джек. Девчонка толковая и выкрутится, даже если возникнут затруднения.
— Она может тебя выдать, если Джек припрет ее к стенке.
— Не выдаст. Никогда.
