Я им всем припомню, вот только встану. Думал, так и сдохну тут от нехватки никотина.
Кэрол молча распечатала пачку и, достав одну сигарету, протянула ему. Приподняв здоровую руку, Джек с нежностью погладил ее кисть. Кэрол не пошевелилась и не подняла глаз, терпеливо ожидая, когда он возьмет сигарету, потом поднесла ему зажигалку, помогая прикурить. Пододвинув пепельницу к краю тумбочки, чтобы ему удобнее было сбивать пепел, Кэрол вернулась на свое место.
Посидев еще немного, она снова поднялась, убрала стул к стене, обращаясь к Патрику:
— Сынок, нам пора.
Мне на работу, а папе надо отдыхать. Если хочешь, я скажу Норе, чтобы она привезла тебя сюда сегодня еще.
Поцеловав Джека в висок, Патрик выжидающе посмотрел на маму, удивляясь, как это она забыла поцеловать его, когда они пришли, и не забудет ли поцеловать на прощанье. Раньше она никогда не забывала. Мальчик привык к тому, что родители всегда целуются при встрече и расставании. Джек тоже не отрывал от нее глаз."
"Кэрол поняла, чего ждет сын, но не смогла заставить себя это сделать.
Максимум, на что она была способна, это на скупую неискреннюю улыбку.
— Поправляйся, Джек. Если что, звони. Пойдем, Патрик.
Недоумевающий мальчик пошел за ней к дверям.
— Пока, пап! Я сегодня еще приеду. Мам, а ты разве не приедешь сегодня еще?
— Конечно, приеду. Заеду после работы.
Джек проводил их погрустневшим взглядом, расслышав, как Патрик спрашивает:
— Мам, почему ты не поцеловала папу? Ты что, забыла?
Смех Кэрол.
— Так куда ж его целовать, сынок? Все места для поцелуев заняты синяками! Ему будет больно.
— Он, наверное, обиделся.
Что ответила Кэрол, Джек уже не слышал.
Вечером она не заехала, как обещала, но Патрик об этом не узнал.
Джек лежал в полном одиночестве, нарушаемом лишь появлением медсестер и врача, предоставленный себе и своим невеселым мыслям. Позвонив своей секретарше, он сказал, что приболел и просил не беспокоить, никому и не при каких обстоятельствах. Ему совсем не хотелось, чтобы распространялись слухи о том, что с ним произошло.
А из тех, кто знал, никто не приходил. Лишь Патрик заехал к нему ближе к вечеру, да отец забежал высказать то, что он о нем думает. Джек с отсутствующим и равнодушным видом выслушал его ругательства и оскорбления, а потом, когда отец выпустил пар, тихо сказал:
— Уйди, отец, и без тебя тошно.
— Тошно? Это хорошо. Значит, остатки ума у тебя еще какие-то есть. Сейчас они тебе не помешают, чтобы наладить отношения с женой.
