— Привет, Хагрид! Ты, наверное, хочешь узнать, как все было в ту ночь? — спросил Рон.
— Я знаю. — Хагрид отворил двери и выпустил их наружу.
— А-а, — слегка разочарованно протянул Рон.
Первое, что они увидели в хижине Хагрида, был Клювокрыл. Он лежал, вытянувшись во всю длину на лоскутном одеяле Хагрида, плотно прижав крылья к бокам, и с наслаждением уплетал тушки хорьков, лежащие перед ним на большом блюде. Гарри поспешно отвернулся от малоприятного зрелища и увидел на дверце гардероба, на плечиках, огромный каштанового цвета костюм с премерзким оранжевым в желтую полоску галстуком, явно приготовленные для выхода.
— Ты куда-то собрался, Хагрид? — спросил Гарри.
— На слушание дела «Клювокрыл против Комиссии по обезвреживанию опасных существ». Оно будет в эту пятницу. Поедем в Лондон вместе, Клювокрыл и я. Я уже заказал два спальных места в «Ночном рыцаре»."
"У Гарри от стыда заныло сердце. Он совсем забыл, что суд над Клювокрылом так скоро. У Рона вид был такой же несчастный. Вылетело у них из головы и обещание подумать над защитой Клювокрыла.
Вновь обретенная «Молния» затмила все другие дела и заботы.
Хагрид налил им чаю и предложил сдобных булочек с цукатами, но друзья от булочек отказались: им слишком хорошо была знакома стряпня Хагрида.
— У меня к вам… э-э… нелегкий разговор, — на редкость серьезно заявил Хагрид.
— О чем? — спросил Гарри.
— О Гермионе.
— А что с ней такое? — спросил Рон.
— Как бы это сказать… После рождественских каникул она частенько сюда захаживает. Уж больно ей одиноко.
Сначала вы из-за «Молнии» перестали разговаривать. А теперь вот из-за кота…
— Он сожрал мою крысу, — взвился Рон.
— Так ведут себя все коты, — упрямо продолжал Хагрид. — Она часто плачет. У ней нелегкое время, да. Сдается мне… она это… откусила слишком большой кусок. Ну, все эти предметы… А она еще — представьте себе — нашла время помочь мне и Клювокрылу. Такие дала советы… Теперь у Клювокрыла есть надежда…
— Прости, Хагрид, это мы должны были помочь… — начал смущенно оправдываться Гарри.
— Тебя никто не винит! — прервал его Хагрид. — И тебе было нелегко. Я ведь все вижу. Ты тренировался день и ночь. Но скажу честно: для вас крыса и метла дороже друга. Вот и все.
Гарри с Роном смущенно переглянулись.
— Знаешь, Рон, как она расстроилась, когда Блэк чуть тебя не зарезал. Сердце у нее где надо, у Гермионы. А вы двое не разговариваете с ней…
— Если она избавится от этого кота, я опять буду с ней разговаривать, — не унимался Рон.
