Назовем этого призрака Софией, как и его телесную оболочку при жизни. София то буйствовала, то печально прерывисто всхлипывала, листая стихи Лилии, исполненные в порывах особого любовного вдохновения. Я не заметила, как страх сменился жалостью, и осторожно вышла из спальни. Что я хотела в тот момент, не знаю — утишить грешную душу, но как бы мне это удалось? Рядом со мной София встала во весь рост, опустив страницу тетрадки. Я ощутила холод дыхания на своих щеках, но, не чувствуя страха, смотрела в пустоту перед собой.
София была прозрачной, но она присутствовала в комнате, однозначно. Она жалобно хныкала, по кругу обходя меня. Лёд её рук соприкасался с моими заледеневшими пальцами. Она замолкала, потом пыталась что-то сказать, но ни единого человеческого звука я так и не распознала. Вопли, заглушенные плачем, — это всё, что я слышала от духа Софии. Не думайте, что я была пьяная. Нет!
— Софи, ты должна уйти, — попросила я её тихо и мягко, — среди живых духам не место.
Она на минуту исчезла, и весь дом погрузился в нерушимое спокойствие. Я так и стояла в гостиной около стола с разбросанными тетрадками. Лилия по-прежнему спала крепким сном. Но вдруг с новой силой затрещали обои, словно они были скорлупой, по которой София бегала в легкой бесшумной обуви. То в одном углу, то в другом. Волны треска раскатывались поочередно по всем стенам. Шторы взлетали и опускались, посуда звенела, люстра качалась как уличный фонарь в ветреную погоду.
— Софи, оставь Лилию в покое, не пугай её своими проделками — они с Джеймсом любят друг друга. Не мсти ей, — осторожно выпрашивала я здоровья для психики и без того впечатлительной поэтической натуры Лилии.
София зашипела, спустившись ко мне с потолка невидимым морозным облаком.
— Будь добрым духом! — продолжала я. — Не причиняй людям зла.
Холод пронесся сквозь меня, и Лилия за долю секунды встрепенулась, треплемая за плечи невидимыми руками духа.
Она не сразу распахнула глаза, и её голова была вяло откинута назад, плечи не касались постели — София держала её навесу и трясла, заставляя проснуться. Я кинулась к постели и сама схватила Лилию за плечи:
— Лилия! — повторила я несколько раз. — Идём спать ко мне!
Лилия отрешенно уставилась на меня, не понимая, в чём дело:
— Ты боишься? — спросила она, улыбнувшись, и удобно улеглась, кутаясь в тонкий плед.
