– Ей тридцать, а она загадает двадцать?
Я растерялась.
– Это же шутка! Кому нужен подлинный возраст? Таким образом легко узнать любое число, задуманное человеком. Надо лишь посмотреть на результат расчетов.
– Глупо, – не согласился Приходько, – моя спина надежнее. Она чует ложь.
– Двигай в офис! – велела я. – Да, кстати, вот еще один прикол. Попробуй раздавить в ладонях яйцо.
– А смысл? – насупился Федор. – Не хочу перемазаться.
– Просто попытайся! – не отставала я.
– Зачем портить яйцо? – зудел Приходько. – Чего этим добьешься?
– Оно останется целым, – заявила я.
– Не, – захихикал Федор, – нашла дурака!
– Спроси свою спину, – разозлилась я, – что она тебе посоветует: поверить мне или нет?
– Спина так не работает, – сказал Приходько, – на нее накатывает! По вдохновению. Не вышло у тебя надо мной пошутить. Я опытный сокол!
– Наверное, ты хотел сказать «стреляный воробей», – вздохнула я.
– Все воробьи, а я благородный хищник, – без тени иронии заявил Приходько. – Хочешь кофе? Из автомата? Угощаю.
– Спасибо, выпью с удовольствием, – ответила я.
Федор быстро принес два картонных стаканчика.
– Сейчас нальюсь стимулятором и побегу в офис.
Мы осторожно глотали обжигающую жидкость. Из-за поворота коридора показались девочка лет пятнадцати и две старушки.
– Нюся, – сварливым тоном велела одна, усаживаясь напротив нас, – закрой окно, я простужусь.
Девочка покорно захлопнула раму.
– Чем тут воняет? – ожила вторая. – Анна, открой фрамугу, я сейчас задохнусь.
Девочка безропотно выполнила ее требование.
– Ужасно! – заорала первая. – Ноги коченеют!
– Баба Лена, на улице тридцать градусов тепла, – попыталась утихомирить скандалистку внучка.
– Ледяной сквозняк пробирает до костей, – добавила децибел в голос старуха, – я умру от воспаления легких. Нюся! Нейтрализуй причину моей смерти!
Аня вновь сходила к окну.
– Астма! – схватилась за грудь вторая пенсионерка. – Кха, кха, кха…
– Баба Маша, врач сказал, что у вас нет астмы, – вздохнула школьница, – вы думаете, что болеете, и потому кашляете.
Это нервное.
Баба Маша надулась.
– Дожила! Внучка меня сумасшедшей обзывает! Анна, впусти свежий воздух. Что вы пьете? Смрад!
Я отлично понимаю: со вздорными бабками лучше не иметь дела, поэтому притворилась глухой, Федор последовал моему примеру.
– Баба Маша, это кофе, – объяснила Аня.
– Сплошная химическая гадость кругом! – затрубила старуха. – Народ чистую соляную кислоту потребляет, хлор, медь с купоросом. Сейчас же открой раму, я умираю от вонищи.
