Сейчас она выглядела пародией на себя, пародией на вампира.
Она провела ладонью по щеке, размазывая алую жидкость, а потом посмотрела на меня снизу вверх, уже не с дерзостью, не с той беспечной наглостью, которая выводила меня из себя. Нет, в ее взгляде впервые появилось что-то иное.
Только это не уменьшило моего бешенства.
— Ты не понял, — произнесла Кармилла так тихо, что я едва уловил слова за звуком собственного яростного дыхания. — Ты даже представить не можешь, о чем я думала, — продолжила она, все так же глядя вверх.
— Ты ведь сам не даешь мне шанса стать чем-то большим, чем потенциальный враг.
Я шагнул ближе, почти нависая над девахой. Стальные пальцы сжались почти до треска. Появилось желание снова схватить ее за волосы, выпустить клинок и отрезать их к чертовой матери. Через несколько дней отрастут, но унижение она прочувствует.
— Стать чем-то большим? — прошипел я сквозь зубы. — Чем? Полноценным врагом? Какова цель этой выходки? Хотела меня проверить? Напугать? Унизить? Или думала, что это забавно? — мой голос почти сорвался.
— Ты справилась. Все, что ты задумала, у тебя вышло. Мое терпение лопнуло.
Я осмотрелся, нашел сумку, предназначенную для переноса оружия. И начал набивать ее золотом.
Кармилла несколько секунд молча смотрела на это действо. Затем поднялась из лужи синтетической крови — медленно, словно ее тело вдруг стало тяжелым, как свинец.
А я закончил и швырнул очень потяжелевшую сумку к ее ногам.
— Вот твоя доля. Забирай и уматывай, чтоб я больше никогда тебя не видел.
Кармиллу еще немного потряхивало, она посмотрела на меня и надтреснутым голосом сказала:
— Если бы меня интересовала только выгода, если бы я хотела тебе навредить, — она указала рукой на ящики с золотом, — у тебя уже бы ничего не было. Я могла забрать все это. Напасть на тебя, обойти системы, сбежать. Если ты, такой умный и правильный, не видишь этого… тебе стоит задуматься, Волк.
Я нахмурился, но ничего не сказал, ожидая продолжения.
И оно последовало:
— Я хотела, — она отвела взгляд, — показать, что ты сам себе больше враг, чем кто-либо из нас.
Ты доверил код от арсенала Шондре. Серьезно⁈ Код! Шондре! Я даже не буду напоминать, что она тебя однажды чуть не ограбила. Ладно, она девочка податливая, да еще влюбленная в тебя, не предаст. Но ведь ею мог воспользоваться кто-то угодно, чтобы проникнуть в арсенал.
— Например, ты. Не думай, что я забыл, как ты обнималась с контейнером с золотом. Вот она — истинная любовь.
