— Приятно знать, что Бегемот уже посвятил вас в курс дела.
— Бегемот? — неприязненно уточнила она.
— Радомир как его там…
— Радомир Мечеславович, — девушка сложила руки под грудью. — Любите вы, капитаны, тащить свои старые позывные на гражданку.
Так, похоже, за ее неприязнью стоит какая-то личная история.
Уже слышались сирены подмоги. Очень оперативно.
Напарник девушки выглянул из-за полицейской машины и неуверенно спросил:
— Уже все закончилось?
— Да, — лейтенант резко развернулась к нему. — Пыжик, займись нашими, а я пока с уважаемым поднимусь на борт и составлю протокол.
Я невольно улыбнулся и заметил:
— А у кого позывного никогда не было, придумывает клички.
Лекса гневно посмотрела мне в глаза и процедила:
— Опустите подъемник, уважаемый.
* * *Наверх мы поднимались молча.
Задвинуть дверку-гармошку не получились, а мотор наверху заставлял лебедку наматывать трос с некоторой натугой. Я злился на бандитов. Эти гады устроили тут качели, так что придется менять не только кабинку, но и оборудование целиком.
Все бы ничего, я и так собирался сделать полный ремонт всего и вся в избушке, но очень уж нервирует медленно подниматься все выше и выше, зная, что механизм может подвести.
Лекса тоже нервничала, но старалась не подавать виду.
— Можно вопрос? — спросил я.
— Вопросы буду задавать я, — коротко отрезала полицейская.
Тут нас основательно тряхнуло, а кабинка тесная… Девушка невольно рухнула в мои объятия.
— И все же? — с усмешкой уточнил я, глядя в ее самую чуточку испуганные глаза.
Лекса резко отстранилась, нацепила на лицо прежнюю маску сурового законника и одернула полы джинсового пиджака.
— Хочешь про перчатки спросить? — очень неприязненно сощурилась она, сразу же забыв про учтивое выканье.
— Нет. Вряд ли ты станешь рассказывать первому встречному, откуда у простого лейтенанта полиции игрушка из секретных военных разработок, — я сделал драматическую паузу, наслаждаясь тем, как в глазах девицы появляется сперва недоумение, а потом злость.
— Просто хотел спросить сколько тебе лет.
Она вскинула подбородок и гордо заявила:
— Двадцать пять. Что? Не думал, что к такому возрасту можно дослужиться до лейтенанта, да еще женщине?
— Снова не угадала. У тебя есть силовые перчатки, это очень облегчает процесс борьбы с преступностью, так что странно, что ты до майора не дослужилась. Поди, характер скверный мешает.
— Зачем спрашиваешь?
— Да просто так, — я позволил себе максимально едкую усмешку.
