Но моей команде удалось остановить подрыв завода и спасти миллионы жизней. Если кому-то важнее считать убытки, чем благодарить тех, кто их спас — может, в следующий раз мы просто пройдем мимо?
Кармилла слегка кольнула меня локтем — мол, хватит.
Но я видел, как уголок ее губ дрогнул.
Глуб-Морк, однако, был в восторге.
— Потрясающе! Какая страсть! Какая прямота! Но скажите, капитан, как вы ответите на обвинения страховых компаний? Они требуют возмещения ущерба!
Я посмотрел на Кармиллу. Она едва заметно кивнула.
Набрал в грудь побольше воздуха и начал:
— Страховщики.
Эти ребята в дорогих костюмах… они считают цены в гриндольфах. А мы с вами — в жизнях. Когда рвутся снаряды, никто не кричит: «Погодите, давайте сверимся с пунктом 12 договора!», люди просто пытаются выжить. А мы просто пытались их защитить от тех, кто пришел в Ходдимир с оружием и решил, что он вправе устанавливать здесь свои порядки. Разве мы этого хотим? Чтобы какой-то бандит взял город под свою власть? Занял кресло президента, отняв наше священное право выбора? Нет, мы хотим, чтобы Ходдимир снова соответствовал своему девизу.
Безопасность. Надежность. Комфорт.
Вот, выдал. Чуть не проблевался от пафоса.
Глуб-Морк восторженно закивал:
— Капитан! Ваши слова вдохновляют! Но я чувствую фальшь. Кажется, вы просто пытаетесь выкрутиться, а потому готовы поднажать на патриотические чувства жителей нашего великого города!
Так, пора отрезать щупальца этому осьминогу, зажарить и схарчить под салатик с бальзамическим уксусом.
— Фальшь, значит, да? — почти зарычал я.
— Хорошо. Тогда ответьте мне, уважаемый Глуб-Морк, а сами-то вы что бы предпочли? Сдать город бандитам на растерзание или бороться? Можете не отвечать. И я тоже на ваши вопросы больше отвечать не собираюсь. Скажу только одно. Моя команда готова предоставить расчеты — реальный ущерб от наших действий в 12 раз меньше, чем если бы банды Ледоруба довели захват города до конца. Так не фальшиво? Достаточно искренне?
Глуб-Морк замер. Его мешок сдулся.
— Э-э-э… Вы шутите?
— Нисколько.
Наступила тишина.
Потом Глуб-Морк резко ожил.
— Капитан Волк — герой, бросивший вызов не только врагам, но и системе! — завопил он в камеру. — Сенсация! Разоблачение! Не пропустите следующий новостной выпуск телеканала «Ужас, что произошло!»
Камера выключилась. Глубляк провел рукой по лбу и проговорил:
— Извините, мне самому не нравится. Но что поделать? Работа!
После чего умчался так же стремительно, как появился.
Кармилла наконец рассмеялась.
