И плевать! Пусть там хоть…
– Госпожа Мухина, коль вы разбудили меня, я схожу с вами, но впредь постарайтесь соблюдать приличия.
Санс догнал меня у двери в палату малыша, он успел натянуть черный халат и надеть шлепанцы. Не останавливаясь, вошел внутрь, и я, возмущенно пыхтя и бубня под нос угрозы, зашла следом.
– Аер, я уже закончил. – Мужик стянул с головы маску и шапочку и улыбнулся.
Самый обычный пожилой седоволосый мужчина с умными серыми глазами и глубокими морщинами на лбу. Не монстр… какое облегчение!
Малыш спал в своей капсуле, накрытый до подбородка тонкой пеленкой.
Ярко-рыжие волосы разметались по матрасику, губки бантиком, рыжие бровки и реснички, и я точно знала, что у него синие глаза.
– Где пистолет? – саркастически поинтересовался у меня Санс.
Да пошел ты! Я не обязана отвечать на дурацкие вопросы!
– Пистолет? – Мужчина удивленно посмотрел на стол. – Ах, это? – Он поднял блестящую штуку, которую я приняла за пистолет. – Когда нужно сделать инъекцию быстро и безболезненно, мы используем инъекционный прибор, – пояснил он, и я почувствовала себя полной дурой.
Ведь и у нас есть нечто подобное, самой уши кололи похожим приспособлением. – Вы хорошо себя чувствуете? – заботливо поинтересовался он. – Вид у вас немного…
– Это нормальный для госпожи Мухиной вид, – не смолчал Санс. – Она всегда сначала делает, потом думает, а затем раскаивается.
– Ничего подобного! – парировала я, прикидывая, какую гадость сделаю этому самоуверенному типу при первой же возможности. – Я никогда не раскаиваюсь!
– Это доктор Герц.
– Санс еще раз широко зевнул. – Он наблюдает за детьми део на протяжении пятидесяти лет и еще ни разу ни одному из нас не навредил. Коль недоразумение разрешилось, то я иду досыпать.
И это чудище космическое ушлепало. Я пожелала ему кошмаров с собой в главной роли и повернулась к доктору, чтобы задать пару вопросов.
– Мозг део работает на сто процентов, в отличие от мозга простого человека. – Доктор включил воду, стянул перчатки и начал мыть руки. – Но ребенок не может справиться с такой мощностью мыслительных процессов, поэтому мы вводим ему в мозг… э-э… как бы сказать, чтобы вы поняли… ограничитель, который рассасывается к пяти годам.
Проще всего это сделать через нос."
"– Это выглядело очень страшно, – хмуро призналась я и посмотрела на малыша. – Не повезло тебе, Андрейка, с миром, где ты родился.
– Андрейка? – Доктор встал рядом.
– Ему подходит, – решительно кивнула я. – Анри, Андрэ, Андрей…
– Рэй, – закончил за меня Герц.