У меня никак не получалось назвать это ребенком, ну не может нормальный младенец ощущаться скользким пучком водорослей. Пальцы провалились в щель. Дверца? Обдирая ногти, я отодвинула ее и забралась внутрь шкафа… или не шкафа? Я провела рукой вокруг и нащупала квадратные контейнеры. Решила больше никуда не лезть, прижала к себе сверток и ощутила, как он шевелится. Может, ему плохо, может, он задыхается? Что говорил этот доктор? Снять пленку.
Я сложила колени вместе, положила на них свою ношу, ощупала и облегченно расплакалась.
Под плотной скользкой упаковкой явно прощупывались очертания младенца. «Теперь, главное, не перепутать попу и голову», – подбодрила я сама себя, потому что было страшно. Сердце стучало как сумасшедшее, руки тряслись, во рту чувствовался привкус крови, видно, прикусила губу, когда ударилась о какую-то торчащую фиговину, а еще я боялась, что моя слепота навсегда. Эту мысль я гнала, и гнала, и гнала… а она постоянно маячила на периферии сознания. Пленка не поддавалась, пришлось применить зубы.
Гадость! Кто бы знал, какая это гадость!
Меня моментально затошнило, я сплюнула, но во рту все равно остался привкус перекиси водорода, словно я ею рот полоскала. Я прогрызла дырочку, засунула туда пальцы и потянула. Ткань легко разошлась в стороны, и младенец наконец пискнул. Я ощупала его личико, лихорадочно вспоминая курс педиатрии. Что там надо делать? Прочистить нос и рот… Но чем? Не грязным же подолом! Я беспомощно прижала малыша к себе и прислушалась. Уже не трясло, зато кто-то вопил, слышался топот и чувствовался запах гари.
А я ничего не могу сделать. Ничего. Если будет пожар, я даже выбраться не смогу. Я сильнее прижала к себе малыша. Он тихо попискивал, но не плакал. Как узнать, что с ним все в порядке? Почему он не плачет?
– Марго!
– Марго!
Аврор! Я открыла рот, чтобы заорать, но смогла лишь судорожно захрипеть.
Лязгнуло железо, и сильные руки выдернули нас из убежища. Я забилась, замотала головой, сильнее прижимая малыша и брыкаясь, как разъяренная коза.
Я не видела, кто это был. А вдруг это похититель?
– Маргарита, это я, Санс. Отдай младенца.
Санс.
– Все хорошо. Мы победили.
Руки разжались, и рядом никого не стало. Я услышала сосредоточенный голос Марса:
– Несите его сюда, быстро! Подключите диагност!
Я вздохнула и опустилась на пол. Они успели. Теперь все будет хорошо. Надеюсь…
– Марго, ты что здесь сидишь? – Йошка, наверное, присел рядом, потому что раздался скрип и треск битого стекла.