Положила руку на приклад винтовки, а я наступил на ствол, не давая поднять хрупкой девице и без того тяжёлое ружьё.
— Добрый вечер, — широко улыбнувшись, заговорил я. — Вам не кажется, что для столь хрупкой особы вы берёте предметы не по своему размеру? Ты только посмотри, какое оно длинное и большое.
Глаза, полные злобы и ярости, сулили мне что-то нехорошее. Оттого я и решил себя сразу обезопасить. Схватил руку, которую она положила на приклад, и тут же завёл её ей за спину. Особо не церемонился, ибо понимал, что эта атаманша и убить меня может.
А вот уже после, когда из-за поваленных деревьев посыпались гуки… ой, охрана Монеткина, я передал цыганку в руки больших брутальных мужчин.
— Девчонку не бить, под платье лапами своими не лазить, — тут же предупредил я под охреневшее выражение лица Кирилла Петровича. — Даже если будет просить посмотреть.
Мужики, услышавшие эти слова, аж загоготали от удовольствия. Монеткину моё самоуправство не понравилось.
— Тела собрали и унесли на территорию! — гаркнул боров, а затем повернулся ко мне: — Ты чего командуешь моими людьми, Шаман?
В ответ я неопределённо пожал плечами и вяло улыбнулся, в то время как поникшие охранники начали собирать тела и трофеи.
* * *Ждать список лиц, способных оценить и найти место сбыта редких макров, пришлось больше часа. За это время я вдоль и поперёк изучил кабинет Монеткина, даже позволили себе выйти из него, чтобы оценить товары чёрного рынка. Пока прогуливался, заметил недовольную моську Кати и решил и с ней переговорить.
Девушка откровенно жаловалась. В связи со своей тупостью она умудрилась устроить отцу истерику с намёком на то, что я её собственность ещё на шесть дней. И кто такой этот Рудик, чтобы забирать полюбившуюся ей игрушку.
— Игрушку? — поднял бровь я, услышав подобное высказывание о себе любимом. — Нет, Катя, я не игрушка. А папаня твой не посмеет ослушаться приказа кого-то выше себя.
— А макры? — смахивая скупую слезу с накрашенных глаз, пробормотала блондинка. — Мы же отдали их этим сёстрам, а денег так и не получили!
Я оставил её вопрос без ответа, ибо и сам понимал, что ситуация, так скажем, получалась не из приятных.
Жестом указал девушке на дверь «офиса» её родителя, где мы поговорили уже более детально.
Катерина уселась на место отца и принялась меня допытывать, слегка раскачиваясь в кресле.
— Что делать-то будем? Ты ведь тоже подписался на этот сбыт!
— Я обещал тебе помочь, — посмотрел на неё в упор, — значит, помогу.
