Потому что знал, что там менты будут эту машину караулить, засаду в ней сделают. Знал, что ты-то туда точно не полезешь, вы фуры давно не потрошите на трассе, уровень не тот, а он полез и передал кому надо. И раньше всегда передавал.
— Ты погоди…
— Некогда годить, — прервал его я. — Не понял ещё, Ярик? А если подумать? Вспомни все фуры, на которых нападали у вас под носом. Басёнок всегда рядом с ними крутился, верно? Он про каждую знал, да?
Ярик задумался, подперев голову руками. Лицо сразу стало молодым, растерянным, на свой возраст.
Пацан же ещё совсем, видно по нему. А вот взгляд взрослый, всякого дерьма повидавший. Ëпрст, ему веселиться надо, девок клеить, по городу гулять, но у него так легко не сложилось.
Я снял сковородку, поставил её на стол, налил чай. Пар пошёл из кружек.
— Ты знаешь больше, чем говоришь, — произнёс Ярик, глядя на меня.
— А мне положено знать. Я давно в курсе, что он тебя подставить хочет по-крупному. И вмешался, когда возможность выпала. А для чего по-твоему старший брат нужен? Чтобы выручал.
А ты сам разве не понял, что это за человек? Ты же в людях разбираешься.
— Да кто он такой, мелкая шестёрка беспонтовая, — он отмахнулся.
— Сегодня шестёрка, завтра уже на своей машине ездит, деньги собирает, а потом — уже бугром бы стал или паханом. Специально он это слил, — я постучал по бумажке. — А потом бы тебя обвинил в удачный момент. Давно хотел тебя подставить, обидки на тебя есть, боится он тебя. Ну и меня за компанию бы сожрал. А я не дал.
— Так пацаны с меня спросят…
— С тебя не спросят, — настаивал я.
— Скажешь, что менты через меня пытались прокинуть, чтобы ты в засаду влетел, раз фура с богатым грузом без охраны. Ты узнал, что там на самом деле, выяснил про ментов, и слез с этого сразу. А с меня спрос какой — я по понятиям не живу, мне сказали принести, я принёс. А вот то то, что передали через Басёнка — вот он-то всё и слил. Как и раньше делал. Кто с тебя спросит? Никто. А с него? Вот ты и спросишь.
Да, он мне поверил.
И это неложное обвинение, Басманов и правда готовился, плёл интриги. Зато я ускорил событие, чтобы в этот раз всё прошло под моим контролем. Даже то, что я спал, никак не помешало — маховик-то я уже запустил.
А Ярик мне поверил. Его же я хотел убедить, чтобы наглядно вышло. Демонстрация была нужна, ведь скажи я это без всяких доказательств, то вышло бы моё слово против Басманова. А кому бы поверили — не мне точно. А через несколько лет — не поверили бы и брату.
