Это один из немногих следователей, кто не отсиживался в тепле по кабинетам и кто не шарахался от работы в поле. Как и я, он бывал везде.
Это даже не просто бывший следователь, это бывший следователь по особо важным делам городской прокуратуры, который ушёл на пенсию по выслуге.
Поначалу он занял тёплое место в службе безопасности местного филиала крупного столичного банка, но его оттуда быстро вытурили, и он ушёл в менее престижный ЧОП. Причин этому две: во-первых, его подсидели коллеги, во-вторых, он много пил.
Да они все здесь пили, чего скрывать.
— Слушаю, — пробасил Чернов и выпрямился.
Я без приглашения сел за стол перед ним.
— Плохи дела, — начал я. — Тут общался сейчас с человеком Некрасова из РУБОП, Глеб, молодой такой парнишка, знаешь?
— Погоди, ты-то кто такой? — Чернов поставил кружку с чаем на заваленный бумагами стол.
У него был не местный выговор, он сильно окал и говорил очень медленно.
— Лёха Коршунов, — представился я, — ты меня всё равно не знаешь.
Пока не знаешь. К сути давай. Завтра на фуру, которую твою люди сопровождают, отморозки нападут, те самые, что с трассы кормятся, кто водителя с напарником в прошлом месяце застрелил. И твоих людей они тогда ранили, одного на инвалидность отправили.
— Ты откуда знаешь про нападение? — он напрягся. — И что именно завтра?
— От братвы утекло.
— Погоди-ка, — он потёр переносицу. — Коршунов, это же тот самый…
— Время идёт, Андрей Иваныч, — перебил я. — Эти беспредельщики уже готовятся, нападут в любом случае.
И вот это — наш шанс с ними разобраться. Набери телефон РУБОП, попроси позвать Глеба, он тебе всё подтвердит. У них уже всё готово, но нужно посодействовать. И разве не хочешь за своих ребят расквитаться? — давил я на больное, зная, что рассчитаться он с этими гадами хочет.
В кабинете у Чернова стоял кнопочный телефон с множеством функций, громкая связь там тоже была. Он сначала взял городской телефонный справочник, нашёл раздел с милицией, медленно листая страницы, и нашёл номер РУБОП.
Я терпеливо ждал.
В аппарате раздался протяжный гудок.
— Как фамилия у него? — тихо спросил Чернов.
— Сибиряков?
— Слушаю, Ткачёв, — прохрипел чей-то незнакомый голос.
— Глеба Сибирякова к аппарату пригласите, — Чернов всё смотрел на меня.
— Слушаю, — раздался голос Глеба через несколько секунд.
— Это говорит Чернов из ЧОПа «Громов и…».
— Ну наконец-то! — Глеб оживился.
