— А ты видел, что комары с моими ногами сделали? — она поставила сковородку на стол. — И плечи искусали все! И в декольте покусали. Всё-то в пятнах всё!
— Да ничего там не осталось, — я хмыкнул про себя.
— Да смотри!"
"Она задрала рубашку, но тут до неё дошло, что это мне и надо было, и Юля тут же опустила её вниз. Но глазки хитрые-хитрые.
— Всё зажило отлично, — я подтянул её к себе за руку.
— Ну, как скажешь… — она наклонилась ко мне, закрывая глаза, чтобы поцеловаться.
Чуть позже, уже после того, как мы покончили с остывшим омлетом, я повёз Юльку домой на такси.
Потом на этой же машине доехал до почты. Успел к самому открытию.
Внутри вскрыл ящик с номером 13. Там так и лежал со вчерашнего вечера конверт, в нём осталась одна из доз наркоты, что Мажор дал брату Димки. Одну я ещё вчера отправил Иванову, вторую закинул сюда, пусть думают, что это Зиновьев оставил, мол, передаёт образцы, а третья ждёт своего часа.
Закинул сюда фотки, их я ещё утром проверил, что ничего того, что повредит рубоповцам, на них не написано.
Ящик обязательно проверят, Беляшу я про это говорил.
Пусть он думает, что этот продажный мент Зиновьев сдаёт всех барыг и прочих, чтобы отмазаться самому. При этом шифруется от коллег, чтобы не обнаружили, некоторые из них ведь в доле с братвой.
Мои слова услышаны, фотки увидят — поверят, ну а сверять, кто там на снимках и для чего, не будут точно. Главное — сам факт такой передачи.
Хотел уйти, но ещё немного постоял, и оказалось, что не зря. Я увидел, как перед абонентскими ящиками начал крутиться какой-то подозрительный тип в кепке.
Меня он не заметил, покрутился ещё, а потом раз! И ловко вскрыл замок на одной и унёс содержимое. Опустел тот самый тринадцатый ящик.
Всё как по заказу, я успел.
После этого я пошёл на рынок, но не Старый, а на другой, он, кстати располагался неподалёку. Там я искал одного человека. Видел его всего раз в первой жизни, но память на лица у меня хорошая, должен его вспомнить.
Вскоре нашёл. Нужный мне мутный тип крутился рядом с прилавками, где продавали творог и сметану.
Там много женщин, открытых сумок и кошельков, которыми можно поживиться.
Этот тщедушный мужичонка лет сорока, в кепке, опущенной так низко, что козырёк прикрывал глаза, вроде и не смотрел на покупательниц, но на деле внимательно следил, у кого можно украсть деньги.
Зовут его Вася Кепкин, прозвище — Кепа, он профессиональный щипач, а ещё стукач, но об этом знают только три человека: сам Кепкин, опер Седов и я.
