Как-то работает мозг, что не даёт ему вляпаться в проблемы… как правило. Но он уже собирался уезжать на такси, уже прощался со всеми, обнимаясь с каждым.
А внутри кафешки у открытого окна сидел бандит рангом повыше — бригадир атамановских Серёга Башмаков по прозвищу Наум. Смуглый мужик лет сорока, который вечно носил кепку и затемнённые очки, сидел с несколькими приближёнными и что-то обсуждал, не глядя по сторонам.
Но вся братва сидела в одном зале, а я бронировал столик в другом, где собралась другая публика. Сели с Юлькой за столик, а пока она смотрела в зеркальце, я открыл меню.
Никакой экзотики, никаких змей и жареных летучих мышей, у нас такое и есть никто не будет. Из мясных блюд — жареная свинина с баклажанами в сладком соусе, много видов лапши, риса, сладкое мясо в тесте под названием «Гобаджоу», древесные грибы, салаты со свиными ушками, ну есть и просто шашлыки. На десерт всякие лепёшки с джемом, из чисто китайских сладостей — жареное молоко.
— Даже не знаю, что выбрать, — призналась Юлька, листая меню, покрытое для красоты иероглифами на полях.
— Ты не цены смотри, — я усмехнулся, заметив, как бегает её взгляд. — А на блюда. Так, давай тогда это и это, а выпить…
Подозвал официантку, а пока она шла, я увидел, как в соседнем мелькнул один мой знакомый. Вот к нему-то я и шёл сегодня. Это один из поставщиков наркоты, в том числе и для тех барыг, за которыми следит Зиновьев.
Ну что же, поужинаю и пойду с ним поздороваюсь. Ему это точно не понравится, но никуда он не денется.
* * *В это же время, в соседнем зале
— Видал, какая соска там прошла? — бригадир Наум хитро усмехнулся и ткнул порядком осовевшего Шмеля в бок.
— В красном платье, светленькая.
— А ничё такая, — пробурчал толстый бандит в кожанке. — Я бы замутил с ней, жопа-то ничё так. Я бы ей засадил с разбегу, ха-ха!
— Ну и чё тянешь? — Наум хмыкнул. — В соседнем зале она, успевай.
— Это так-то брательника Коршуна тёлка, — с беспокойством заметил сидящий с другой стороны Китаец, трезвый, как стёклышко. — Они на улице пересекались.
— Во как, — протянул Наум, продолжая усмехаться. — Ну не судьба тебе, Шмель, не засадишь. Другую ищи, а эта — не для тебя.
— А чё мне твой Коршун-то? — Шмель поднялся с угрожающим видом, едва не опрокинув стол. — Чё он, авторитет какой-то? Положенец? Да кто он такой? Да никто! Я с вами уже лет семь, пятёрик ещё отмотал за пацанов, а он только в прошлом году пришёл!
— В лицо-то ты ему так не скажешь, — заметил Китаец.
— Чё? — проревел Шмель.
