Да и дело на самотек пускать никто не собирается. Сергей намеревался вплотную заняться боевой подготовкой.
– Здравствуйте, мужики. Ну как тут у нас дела? – поприветствовал своих вчерашних подельников Варакин.
– Полицейские из барака ушли. Приходил чиновник, сообщил, что с завтрашнего дня мы можем проходить регистрацию, – начал рассказывать Высек.
– Это хорошо. А что это, я гляжу, тут вокруг опять вертятся чужие. Сманивают?
– Сманивают, чтоб им, – сплюнув, недовольно произнес артельщик.
– Все так плохо? – Настроение Сергея тут же ухнуло вниз.
– Плохо не то слово. Балаги и Валеки решили взять ссуду и попытать счастья на земле близ границы. Ее там почем зря раздают. Да господин Заглавов почитай всех своих работников лишился, сманили их, кого на завод, здесь в столице, кого в мастерские, но в основном на железную дорогу.
А вот эта новость была плохой. В семье Балагов кроме мужа с женой пятеро детей, причем трое старших – уже довольно взрослые парнишки. У Валеков шесть детей, и тоже не груднички.
Понятно, что рассчитывают справиться, имея такое подспорье. Семьи работящие, без глупостей, да и родители не потомственные шахтеры, а из крестьянских семей, так что сумеют дать ума земле. С рабочими тоже понятно. Специалистов и в Рустинии нехватка, а здесь они и вовсе нарасхват.
Черт! Людей теряет, словно эпидемия какая косит. Получается, только за последние сутки он лишился двадцати четырех человек. Лихо. И ведь это еще не предел. Хотелось верить в лучшее, но отчего-то на ум шли только мрачные мысли.
Примерно через час после возвращения Сергея в бараке появились пропавшие с вечера девицы. Хм. Губа не дура у этого Загора, выбрал одну под стать другой. Впрочем, скорее всего, оно само так срослось, ему ведь главное было хоть кого-то уговорить, но получилось удачно. Почти удачно. Потому что гости от господина Луйко Забара не позволили ему воспользоваться новым приобретением.
– …Когда мы приехали в дом, то сразу поняли, что тут дело нечисто, словно и не уезжали никуда из Рустинии и не было приюта, – рассказывала самая бойкая и старшая из четверых, лет двадцати двух, высокая и стройная девушка.
– Дом оказался борделем? – перебил Сергей."
"– Ага. Приличный такой, ухоженный, и девки все пригожие, одеты прилично. Да только такой домик я из тысячи отличу. А вот Загор этот, гад, чисто артист, пока не добрались до места, так и не поняли, что за птица. Мы хотели в бега или крик поднять, а на нас револьвер навели.
